Пользователи социальных сетей и медиа сравнивают произошедшую в Керчи трагедию с расстрелом в американской школе «Колумбайн». А 18-летнего Владислава Рослякова, который, по подозрению следствия, застрелил в Керчи 20 человек, ранил из огнестрельного оружия и при помощи самодельных взрывных устройств (их количество уточняется) 44 человек и застрелился сам, в сети называют «колумбайнером» — последователем происшествия 1999 года, которое развивалось по похожему сценарию (доказательств этой версии нет). СМИ публикуют комментарии однокурсников Рослякова, отрывки из допросов его родителей и строят свои версии мотивов Владислава. Но уже сейчас понятно, что ни следствие, ни пресса могут не найти ответ на главный вопрос «почему?», а проблема перестрелок в учебных заведениях остается — их за последние годы было немало.
Вместо догадок о мотивах Владислава Рослякова: публикуем речь матери одного из организаторов «Колумбайна»
Спустя 18 лет после расстрела в «Колумбайне» Сью Клеборд рассказывает, как она пыталась разобраться в мотивах своего сына, расстрелявшего 13 человек, и как училась не считать себя плохой матерью
Legion Media
Мы публикуем видео-версию речи Сью Клеболд, матери Дилана Клеболда, который в 1999 году вместе с другом Эриком Харрисом расстрелял 12 школьников и одного преподавателя в «Колумбайне» и застрелился сам. Выступление состоялось в феврале 2017 года, тогда же речь была впервые опубликована на TED, а позже ее перевели для русскоязычной версии платформы. На видео женщина рассказывает, как спустя много лет после трагедии она пыталась понять, зачем Дилан сделал то, что сделал, как она училась не считать себя плохой матерью, боролась со страхом встретить родственников погибших и паническими атаками и смирялась с тем, что все предвидеть нельзя.
Загружаем