Война против порно, которую мы не заметили

Необходимая справка о взаимоотношениях государства в общем смысле и современной порноиндустрии.

В 1970-е жанр сформировался как часть американского кинематографа: альтернативные фильмы с большей откровенностью и акцентом на чувствах вызывали споры и привлекали новую аудиторию наравне с новыми революционными режиссерами в Голливуде.

К середине 1980-х порно, как и кино, захватили большие деньги: фильмы спонсировала мафия или сомнительные меценаты, поэтому они стали буквальными и вызывающими, премьеры крутили в кинотеатрах, а звезды котировались на уровне соседей из больших кинотеатров, хотя получали несравнимо меньше коллег с «Оскарами». Те годы прозвали «золотой эпохой» порноиндустрии.

Через несколько лет вскрылось, что многие продюсеры угрозами вынуждают девушек к съемкам, а те, становясь порноактрисами, могут дальше по принуждению переходить на более опасную секс-работу. Аналогичные преступления постоянно происходили и в Европе, и в Азии, а на черном рынке набирали востребованность пугающие категории — с насилием, опасными практиками и несовершеннолетними.

К концу 1990-х большинство стран так или иначе запретили производство и распространение порнографии. США разрешили снимать в Калифорнии, а продавать — в сексшопах по всей стране. В Европе порноиндустрия закрепилась в Будапеште и Праге. А в Азии столицами так и остались Япония и Корея, которые переключились на анимационный жанр — хентай.

В нулевые мир перешел в интернет, где законы реальной жизни не работали. Пиратство почти полностью уничтожило фильмы на носителях — их стало слишком дорого снимать, поэтому бюджеты сократили, разговоры свели до минимума, сцены урезали и решили публиковать сразу в интернете.

Форумы, порнотьюбы и торренты нивелировали цензуру, так как любой контент перезаливался или передавался анонимно. Таргетированная реклама, соцсети и инфошум лишили необходимости работать над сценарием и позволили клепать по ролику в неделю, ведь вместо сложных съемок можно просто делать то, что популярно у зрителей.

Сформировалась порноиндустрия, которую мы знаем, благодаря насилию, грязным деньгам и пиратству. Монополистом онлайн-рынка стала корпорация MindGeek (сейчас — Aylo), контролирующая главную библиотеку с ворованным контентом (Pornhub), популярную хардкор-студию (Brazzers), а вскоре поглотившая почти всех конкурентов — Redtube, Youporn, Digital Playground, Reality Kings.

С ними исторически сражались три гиганта: xHamster — порносайт, созданный в 2007 году на Кипре, но популярный в Европе; кабельный канал, а позже стриминг Dorcel, занявший нишу во франкоговорящих странах; чешский XVideos, который к 2012 году стал самым популярным порносайтом на планете. Раньше всех появился xnxx, открытый в 1997 году, но он быстро уступил остальным.

Пик свободы порно в интернете пришелся на 2018-2019 годы. Жанр окончательно стал любительским, а не студийным, потому что зрители хотели реальных чувств — поставщиком такого контента выступили порноблогеры и модели. Они были такими же зрителями, часто снимались только с партнером и могли после «взрослой» трансляции переключаться и вести стрим на Twitch.

Pornhub начал проигрывать позиции Onlyfans и похожим сервисам, где авторы могли продавать контент без посредников. Соцсети были заполнены не только мемами из жанра для взрослых, но и интервью, рекламой, блогами, стримами и даже документальными фильмами с актрисами и актерами. В этот момент стало понятно, что игнорировать порно больше не будут.

Все сломалось, как во многих других сферах, в пандемию коронавируса. Большая часть человечества оказалась заперта дома без стабильного дохода, и всего за несколько месяцев интернет превратился в главный источник новостей, общения и работы.

В 2020 и 2021 годах миллионы пользователей узнали о новом порносервисе Onlyfans, о котором много лет так или иначе говорили сами секс-работники. Его развивал Леонид Радвинский, украинский еврей, который в прошлом делал то же самое с менее успешными, но влиятельными платформами для взрослых — Suicide Girls и MyFreeCams.

Всего за несколько месяцев Onlyfans превратился из нишевого сервиса для порноактрис и порноактеров в мейнстримную подработку на карантине. Миллионы людей лишились доходов и бизнеса, а миллионы других заболевали, ложились в больницы и умирали. Немногих тогда волновал вопрос морали, да и создатели платформы делали всё, чтобы через рекламу закрепить имидж безопасного фриланса.

Не отставал и Pornhub: изначально владельцы открыли бесплатный доступ к премиум-подписке жителям Италии, так как местные власти ввели крайне жесткие противоковидные меры. Вскоре пандемия охватила весь мир, и порносайт стал полностью бесплатным на несколько месяцев, чтобы мотивировать пользователей оставаться дома.

На пользу репутации порно сыграли соцсети, мемы и вирусные видео. Про повсеместную моду на Onlyfans шутили даже в сериалах и кино, а страницу в сервисе могла создать любая звезда типа Карди Би, Беллы Торн и Tyga. Рекламу Pornhub в пандемию обыгрывали в вечерних шоу, а порнопародии в масках разлетались на нарезки. К концу 2020 года в интернете все, кажется, смирились с тем, что каждый может снимать секс с партнером и монетизировать свои нюдсы.

На фоне отсутствия достаточных государственных программ по поддержке бизнеса и антиутопичных временных мер вроде QR-кодов и запертых подъездов порносайты вместе с другими крупными брендами вроде Netflix или Zoom выиграли битву за любовь граждан.

Такой поворот не понравился многим: чиновникам, тщетно пытавшимся не провалиться в пандемию, левым и сторонникам феминистической повестки, часть которых не поддерживают секс-работу за унижение женщин, правым и консерваторам, часть которых считают секс-работу угрозой традиционным ценностям, ну и религиозным активистам, увидившим в происходящем нормализацию секс-работы. Некоторые, самые решительные или корыстные из них, принялись действовать.

Первым звонком, что на порно обратили внимание даже спецслужбы, стало расследование в отношении студии Girls Do Porn. Канал на Pornhub с миллионами подписчиков выпускал ролики про кастинги, где актрисы изображали, будто впервые соглашаются на секс в кадре. Видео выходили бы дальше, если бы в 2019 году не выяснилось, что девушки не давали продюсерам согласия на публикацию в интернете и обратились в суд.

За несколько месяцев расследования вскрывались новые и новые шокирующие детали, а число пострадавших росло. Большинство актрис подписывали контракты и соглашались на съемки только потому, что студия обещала им, что запись никогда не окажется в интернете и будет продаваться на DVD лишь в Австралии и Новой Зеландии. Это была намеренная манипуляция, которую применяли продюсеры при работе с девушками из отдаленных городов и с теми, кто никогда не имел опыта в кадре.

Сначала общественность не особо доверяла пострадавшим девушкам, так как Girls Do Porn много лет был одним из самых популярных каналов на Pornhub и они могли наткнуться на него в интернете. Но когда журналисты изучили материалы дела, сторонников у студии не осталось.

На самом деле продюсеры обманывали девушек с самого начала. Они накачивали их наркотиками и алкоголем, предлагали съемки в рекламе, а сами уговаривали раздеться до белья, оплачивали им дорогие номера и делали роскошные подарки, чтобы убедить согласиться на хардкорные сцены и опасные практики в постели.

К середине 2020 года к делу присоединилось ФБР, которое открыло охоту за создателями Girls Do Porn. Майкл Пратт (Michael Pratt), единоличный основатель, много лет находился в бегах, так как спецслужбы все-таки нашли доказательства, что он снимал порно с насилием и принуждением. Двум его сообщникам дали 14 и 20 лет заключения, а его самого поймали только в 2022 году. Пострадавшими признали более 80 девушек со всего мира.

Pornhub, который годами сотрудничал с Girls Do Porn и рекомендовал видео, сумел избежать наказания: заявительницы по делу подписали с порносайтом мировое соглашение и получили многомиллионную компенсацию. Но корпорация MindGeek, к сожалению для себя, все-таки угодила на радары спецслужб и попала во все новости не в самом лучшем свете.

Еще на карантине, когда все читали новости по совсем иным причинам, англоязычные СМИ растиражировали петицию за закрытие Pornhub. Активисты из консервативной организации Traffickinghub заявили, что нашли на порносайте ролики с несовершеннолетними, без согласия и с реальным насилием. Благодаря активному продвижению в соцсетях и информационной панике вместо реальных доказательств петиция меньше чем за год набрала около 2 млн подписей.

Журналисты нескольких изданий зацепились за этот инфоповод, а после скандала с Girls Do Porn присоединились к кампании против порносайта. Громче остальных прогремело расследование The New York Times: в нем несколько анонимных подростков рассказали о роликах на Pornhub, в которых они занимались сексом без согласия, с принуждением или до совершеннолетия. Вместе с автором они делали вывод, что модераторы либо не знали об этом из-за халатности, либо намеренно зарабатывали на незаконном контенте.

То ли из-за отсутствия полового воспитания, то ли из-за желания поддержать жертв никто из медиа не обратил внимания на явные проблемы с петицией и обвинениями против Pornhub. В поддержку порносайта выступили только сами секс-работники.

Единственными, кто их поддержал, были журналисты изданий AVN, The Daily Beast, Vice и Xbiz, рассказывающие о порноиндустрии изнутри. Они нашли множество доказательств сомнительной репутации тех, кто начал кампанию против порно в интернете. Оказалось, что за петицией, кампанией Traffickinghub и другими скандалами стоит радикальная христианская организация Exodus Cry. Она выросла из мелкой религиозной секты, выступает за полный запрет ЛГБТ (движение признано в России экстремистским и запрещено), абортов и секс-работы, а также спонсирует фейковые новости, документальные фильмы и тиктоки о распущенном современном обществе и необходимости вернуть старые порядки.

Чем дальше копали журналисты, тем меньше доверия вызывали те, кто требовал «защитить детей» от порносайтов. Они узнали, что некоммерческой организации Exodus Cry помогают продвигать инициативы представители Национального центра сексуальной эксплуатации (National Center on Sexual Exploitation), которые много лет сотрудничают с правительством. Изначально центр назывался просто «Мораль в СМИ», а его члены выходили на протесты против сексшопов еще в середине XX века. В новое время они нацелились на Pornhub, Onlyfans и любую коммерческую секс-индустрию.

В ходе расследования полиции также не удалось найти достаточно роликов с нарушениями. Из всех скандалов к концу 2021 года до суда дошли только две девушки — обе добились удаления роликов, компенсации и гарантии перезаливов от модерации Pornhub. Тогда же полиция Канады отчиталась, что изучила 120 видео с порносайта, на которые поступали жалобы. Этим занимались канадские органы, так как корпорация MindGeek зарегистрирована в Канаде. Из 120 видео с предполагаемыми несовершеннолетними только 25 вошли в расследование; в остальных случаях установить возраст не смогли даже компетентные сотрудники.

Несмотря на явные вопросы к обвинению, после расследования для порно наступили самые суровые последствия.

От работы с Pornhub отказались Visa и Mastercard — единственным способом заплатить или вывести доходы осталась криптовалюта. В 2021 году тем же самым банки пригрозили и Onlyfans, платформа даже заявляла о вынужденных планах отказаться от откровенного контента, но передумала и пообещала защищаться. В соцсетях пометка «секс-работник» стала токсичной: аккаунты всех популярных порнозвезд в Instagram (признан в РФ экстремистским и запрещен) и TikTok начали удалять, блокировать и отправлять в теневой бан по единичным жалобам, даже если они не постили ничего откровенного. Ради защиты от обвинений Pornhub конкретно зачистил библиотеку — удалил 80% роликов, — но и это не помогло.

Немного привлечь внимание к тому, что атака на порно не совсем справедлива, попыталась ветеран индустрии Чери Девилль (Cherie DeVille). Она несколько раз писала большие колонки в крупные медиа с просьбой оставить секс-работников в покое, так как их работа уже считается самой регулируемой в мире:

«Когда я снимаюсь в порно, то проверяю десятки страниц федеральных законов. Закон Калифорнии решает, как и когда я пользуюсь презервативом. Закон заставляет меня проверить, смогу ли я доказать, что все участники съемки совершеннолетние. А если я нарушу какое-то правило, то коллега пожалуется в Управление по охране труда (OSHA). Вдобавок эта индустрия сама себя контролирует обязательной проверкой на ЗППП перед каждой съемкой».

Порнозвезда обратила внимание на то, что усилия противников порно никак не защищают ни женщин в секс-индустрии, ни несовершеннолетних, которые могут наткнуться на видео в интернете.

Первые лишаются доступного и безопасного способа вывода денег за свою работу и вынуждены совмещать с маргинальной подработкой в стриптизе или эскорте. Вторые вместо просмотра «безопасного» контента уходят с частично проверенных порносайтов на заблокированные и опасные площадки.

«Скандалы в СМИ нанесли ущерб легальным порноактерам и порноактрисам и никак не помогли в борьбе с секс-торговлей людьми. Мир перешел на другие вирусные истории, а порнозвезды до сих пор не оправились от последствий пары небрежных статей».

***

Десятые годы без допущений можно назвать «золотой эпохой» интернет-порно — по аналогии с «золотым веком» порнографии, когда фильмы для взрослых крутили в кинотеатрах. Некоторые секс-работницы интерпретируют метафору иначе и называют начало XXI века «женским золотым веком порнографии».

Из-за того что законы по регуляции интернета еще не придумали, а в интернет проник феминизм, порносайты конкурировали по популярности с соцсетями и поисковиками, а порнозвезды могли появляться на билбордах и ТВ или вообще выступать с лекцией перед школьниками или студентами.

Этого никто не заметил, но женщины в порно первыми из всей индустрии развлечений научились обходиться без мужчин. В отличие от коллег из моделинга или кино, они получили прямой доступ к аудитории и больше не нуждались в продюсерах и агентах.

Французский режиссер Эрика Ласт раскрутила свою авангардную порностудию Lust Films, где в основном трудятся женщины. Ее американская коллега Бри Милс (Bree Mills) сделала то же самое со своей студией Adult Time. Рядом с ними бывшая петербургская порноактриса Юлия Гранди (Julia Grandi), возглавляющая люксовую студию Vixen. Им в качестве режиссеров помогали легенды нулевых Кайден Кросс (Kayden Kross), Аса Акира (Asa Akira) и Стоя (Stoya).

Топы порносайтов стали занимать не актрисы, соглашающиеся на хардкор и воссоздающие исключительно «мужскую фантазию», а модели-блогеры, снимающиеся в одиночку или со своим молодым человеком. Даже в России из пятерки популярных имен — Джиа Лисса (Jia Lissa), Ева Элфи (Eva Elfie), Солазола (Solazola), Лакшери Герл (Luxury Girl) и Перпл Битч (Purple Bitch) — четверо снимались только с одним партнером.

Даже за пределами женской повестки порноактрисы и порноактеры соревновались с актерами и блогерами по охватам, запускали «безопасные форматы» в соцсетях и делали параллельные карьеры. Мемы, теги и тренды из порно моментально попадали в повестку и реальный секс.

К концу 2025 года любая новость о порно вызывает скорее политический спор, чем полезное обсуждение или хотя бы хайп для ее участников. Правые увидят в этом угрозу ценностям, левые — опасность для уязвимых групп, а неопределившиеся будут искать, кому это выгодно.

Как так произошло, что даже в соцсетях больше нельзя открыто говорить о сексе? Почему порно снова не тема для обсуждений? И станет ли лучше, если индустрия для взрослых вновь отправится в подполье? Ответы на эти и другие вопросы читайте во второй и третьей частях нашего большого материала о настоящем и будущем сексуального контента в интернете.

YouTube-канал подкаста Николая Чумакова «Правило 34»