Сколько стоит найти мужа в 2026 году, если приложения не помогли?

Мне двадцать пять, я журналист, живу в Москве, зарабатываю достаточно, чтобы ни от кого не зависеть. И который год не могу найти человека, с которым хотелось бы делить пульт от телевизора. 

По данным  НИУ ВШЭ, каждая десятая женщина в России живет в одиночестве — максимальный показатель за двадцать пять лет наблюдений. При этом на 100 одиноких девушек в возрасте от 20 до 34 лет приходится 128 холостых парней. Математика вроде на нашей стороне. Но почему тогда так сложно?

Я ветеран сайтов знакомств. Tinder, Pure, Twinby, 88date. Для меня это не поиск любви — скорее полевое исследование флоры и фауны женихов. Никакой рилс не расскажет о состоянии рынка так точно, как профиль с фразой «Давай начнем с длинных прогулок» и фотографией с рыбой или в примерочной.

Рынок дейтинга в России за последние годы схлопнулся: Tinder ушел в июне 2023-го, до этого — Badoo и Bumble. На смену пришли отечественные аналоги Mamba, «VK Знакомства», Twinby и Pure, где люди ищут не вторую половинку, а скорее вторую половину ночи.

Благодаря Pure мой словарный запас значительно расширился. Теперь я знаю, что такое LTR (long-term relationship), ONS (one night stand), FWB (friends with benefits), и могу расшифровать эти аббревиатуры быстрее, чем успею пожалеть о свайпе вправо. Кажется, пора добавлять в этот глоссарий еще один термин.

Мы с коллегами открыли новую касту мужчин — peak-me boys. На аватарке он стоит на вершине горы в мембранной куртке за сорок тысяч из модного московского магазина на Петровском бульваре, на рюкзаке — карабин. У него взгляд человека, познавшего дзен где-то между Красной Поляной и Архызом. Мы уже пережили эру масиков, скуфов, альфачей и перформативных парней, которые читают Пелевина, только чтобы цитировать его на первом свидании. Теперь вот модные горные романтики в Patagonia.

И я задумалась: может, проблема в самом формате? Свайпы, лайки, профили из трех фото — все это превращает поиск любви в бесконечный кастинг, где все одновременно жюри и участники.

Разочаровавшись в цифровом мире, я решила вернуться к аналоговому. К тому, что работало до эпохи смартфонов. Нет, не к Ларисе и Розе, а к брачному агентству.

Я часто бываю в Петербурге, мимо одного баннера на Невском пройти невозможно — он висит там уже больше двадцати лет. Улыбающийся белозубый мужчина, обещание счастья, телефон. Реклама брачного агентства Анатолия Ивановича — городской мем, петербургская легенда и, как ни странно, что-то вроде культурного кода.

Без лишних предисловий я записалась на собеседование.Часовая консультация стоит 3000 рублей, но наш час растянулся на полтора, Анатолий Иванович — человек увлеченный.

Первым делом он меня успокоил: я пришла вовремя. В двадцать пять лет я «золотце», на такой возраст у него очередь из мужчин. Но расслабляться не стоит: в тридцать станет сложнее, а тридцатипятилетних  уже не выбирают мужчины, которые чего-то добились. Им подавай моложе. После тридцати пяти рожать первенца — риск патологий. Так что тикают не часики. Тикает бомба.

Потом выяснилось, что меня всю жизнь обманывали. Я-то наивно полагала, что в романтических раскладах охотник — мужчина. Ну или хотя бы пополам. Анатолий Иванович говорит с мягким сожалением человека, который видел таких тысячи: женщина должна быть охотницей. Это задача, данная Богом, природой и эволюцией. Моя миссия — выбрать лучшего самца, пробиться к нему, соблазнить, забрать гены и передать потомству. Пока я эту истину не пойму — буду мучиться.

Я кивала и записывала в заметки. Дальше началось что-то среднее между лекцией по нейробиологии и сеансом гипнотизера. Природа, объяснил Анатолий Иванович, управляет нами через внутренние наркотики — нейромедиаторы, их больше двадцати. Дофамин, серотонин, окситоцин. Мужчинам нужен тестостерон, женщинам — серотонин. Мы — буквально разные биохимические системы в поисках совместимости.

А романтическая любовь знаете, где формируется? Не в сердце. Не в голове. В носу. Там есть крошечный орган, четыре миллиметра, который ловит феромоны партнера. Поймал — воспалился — закрылся. Все, мужчина ваш. Правда, ненадолго: программа рассчитана на полтора-три года — как раз чтобы родить и выкормить ребенка. Дальше природе все равно.

Отдельный блок посвящен внешности. Я узнала, что золото, бриллианты и сумки работают только на других женщин — мужчинам все равно. А вот каблуки — да. Удлиняют ноги, что на уровне «рептильного» мозга сигнализирует о готовности к спариванию. 

Где-то на сороковой минуте мы добрались до Библии. Оказалось, Адам был не мужчиной, а андрогином — существом с двумя началами. Бог отделил женское, и то, что осталось, назвали мужчиной. Женщина по замыслу Творца ближе к природе, то есть к животному миру, а мужчина — к Богу. Потому что у него нейронов больше: от двух до девяти миллиардов преимущества. Этим, видимо, объясняется все. Жанна д'Арк, кстати, по версии Анатолия Ивановича, не женщина, а «мужик с патологией развития». 

Я попыталась свернуть к практике и спросила про базу клиентов. В его картотеке 3000 женщин и 1400 мужчин. Соотношение показалось мне грустным. Анатолий Иванович возразил: грустно в Японии, там на одного мужчину приходится пятьдесят женщин. У него еще терпимо.

Стоимость членства зависит от возраста невесты. Мне, двадцатипятилетней, — 80 000 рублей. Платишь один раз и останешься клиентом до замужества, хоть на десять лет. Обучение входит в цену: лекции, консультации, разбор ситуаций из фильмов. Начинают с мультика «Влюбчивая ворона» — в нем, по словам Анатолия Ивановича, идеально показана выработка серотонина. Создателям он бы дал орден.

Впрочем, в одном я с Анатолием Ивановичем согласилась. Где-то между феромонами и Библией он вдруг сказал: «Нас испортил квартирный вопрос Instagram*. Коучи, которые учат женщин "знать себе цену" и требовать с первого свидания. "Он должен, он обязан" — и понеслось». Девочки насмотрелись рилсов и решили, что у них «космическая энергия», — а там, по словам Анатолия Ивановича, и близко ничего не стояло.

Я вспомнила десятки аккаунтов, которые учили меня «не писать первой», «держать дистанцию», «пусть добивается». Может, поэтому мы все и сидим по разные стороны экранов, свайпая в пустоту? Анатолий Иванович, конечно, предлагает заменить одну систему правил на другую — свою. Но в диагнозе он, кажется, не ошибся: мы разучились быть просто друг с другом людьми.

Под конец я получила домашнее задание: выяснить, как Лиля Брик удерживала мужчин. Мы попрощались тепло. Анатолий Иванович напоследок сказал, что умных женщин много, а мудрых — мало. Если стану мудрой — буду феей, волшебницей и пройду жизнь побеждая. Главное — не лениться и приехать в Петербург лично.

Я положила трубку и поняла, что за полтора часа прошла путь от дейтинг-приложений до «рептильного мозга», Библии и Жанны д'Арк. Где-то в пути, кажется, потеряла связь с реальностью — то ли свою, то ли его. Но домашнее задание все-таки записала.Если подумать, 80 000 за членство — это 100 свиданий в кофейне. Или 10 сеансов с психотерапевтом на тему «Почему я выбираю не тех». Или уикенд с peak-me boy в Архызе.

Пока не решила, что хуже.

*принадлежит корпорации Meta, чья деятельность признана в России экстремистской и запрещена

Текст впервые вышел в печатной версии «Правил жизни» про эволюцию социальных связей.