Путешествие из Москвы в Петербург с Антохой МС, Settlers и Terelya

«Для меня этот концерт еще и ностальгия, — признался Антоха МС. — Помню, как много лет назад играл на трубе в электричках».

Грань между теми, кто просит, и теми, кто помогает, тоньше, чем кажется. Антоха МС знает об этом не понаслышке: когда-то он сам находился в двух шагах от черты, за которой начинается улица. Но все изменилось, и сегодня он выступает на благотворительном концерте для «Ночлежки». Ее команда уже 36 лет борется с проблемой, которая до сих пор невидима в современных городах. 

Я думаю об этом, когда приезжаю на Ленинградский вокзал. С чемоданами и рюкзаками на плечах, люди торопятся к своим поездам, прощаются на ходу с родными и исчезают в толпе, растворяясь среди сотен чужих маршрутов. На этом же вокзале ночуют люди, которым возвращаться некуда. Только за общей суетой невозможно угадать, кто едет домой, а кто просто пытается переждать ночь.

Стою, ищу глазами платформу, с которой скоро отправится самый необычный поезд, следующий по маршруту Москва — Санкт-Петербург. Ночью его вагон-ресторан станет концертной площадкой, а состав — местом проведения фестиваля «Дом на колесах». Для проекта «Ночлежка» пригласила музыкантов, волонтеров и всех, кто любит слушать музыку в дороге и не готов молчать о проблеме бездомности.

«Это квинтэссенция всего, что мы делаем, — объяснил мне директор "Ночлежки" Данил Краморов, пока мы стояли на перроне. — С одной стороны, мы действительно пытаемся вернуть людям дом в широком смысле. С другой стороны, здесь есть идея постоянного движения, перемещения. И концерт ночью в поезде как будто соединяет все это в одной точке».

Пока мы говорили, вокруг стали собираться первые гости. Что-то отличало их от привычной вокзальной суеты: непринужденные разговоры, рождавшиеся слишком естественно между незнакомцами, или неформальный внешний вид. И было еще кое-что: все они оказались здесь случайно. 

Гости «Ночлежки» — участники благотворительной лотереи. Купив билет на концерт, они сначала сделали пожертвование в помощь бездомным и только потом узнали, окажутся ли среди пассажиров рейса. Число мест было ограничено — всего 35. Все, кто получил возможность оказаться этой ночью в вагоне-ресторане, согласились провести время «между станциями» — в пространстве, где разговор о хрупкости дома и человеческой поддержке становится неизбежным. Чуть позже я узнаю, что почти каждый знал о «Ночлежке», участвовал в ее проектах или просто был не способен отвернуться от проблемы, которую в больших городах слишком легко не замечать.

По данным исследования, которое «Ночлежка» провела совместно с компанией Validata, в России может насчитываться около 2,1 млн бездомных людей. Из них около 238 тыс. в Москве и 60 тыс. в Санкт-Петербурге. При этом многие бездомные внешне никак не отличаются от других горожан, поэтому проблема часто остается незаметной для окружающих.

«У людей до сих пор есть стереотипный образ бездомного — грязного человека на улице, — говорит Данил Краморов. — Но очень часто это люди, которых вы можете встретить рядом с собой в метро или электричке и никогда не догадаться, что им некуда возвращаться вечером».

Стоя на перроне и наблюдая за вечно спешащими пассажирами, было непросто это осмыслить. Ведь на вокзале действительно невозможно понять, кому есть куда ехать после прибытия, а кому нет. Ответом на это противоречие и стал благотворительный концерт «Дом на колесах», который на одну ночь превратил нас во временное сообщество тех, кто неравнодушен к чужой беде и, конечно, удачлив.

Сажусь в купе, закидываю вещи и сразу же оказываюсь в центре внимания. Мои попутчицы Любовь, Надежда и Наталья предлагают начать репортаж прямо здесь, спустя несколько минут после первой встречи. И неудивительно, ведь в поездах легче разговаривать с незнакомцами. Тут все говорят на одном языке. 

— «Ночлежку» я знаю, вещи туда сдавала с подругами несколько лет назад, — рассказывает Люба. — А впервые столкнулась с проблемой в театральном: на первом курсе мы изучали, как играть стариков и бездомных, поэтому наблюдали за ними на улице. Было тяжело. Хотя это обычные люди. Многие пытаются трудиться, как-то продолжают жить дальше. Там даже пары были, которые познакомились уже бездомными.

— Больно это слушать, Люб. Потому что вокруг бездомности так много стереотипов про алкоголь и лень, а ведь половина этих людей на самом деле просто столкнулись с жестокостью жизни, — подхватывает диалог Надежда.

Вопреки популярным стереотипам, самая распространенная причина бездомности — не химическая зависимость, а трудовая миграция: на жителей других регионов и стран, желающих подработать в Москве и Санкт-Петербурге, приходится 49,8% всех бездомных. Еще 34,3% человек оказываются на улице из-за проблем в семье (распад брака или непорядочность родственников). Жертвами мошенничества и вымогательства в прошлом стали 18,6% бездомных. Чаще всего это одинокие люди, за которых некому постоять, — выпускники детских домов или люди с ментальными особенностями.

Я вышла из купе и пошла по коридору, на встречу с музыкантами и гостями «Ночлежки». Ближе к вагону-ресторану уже слышались первые звуки настройки инструментов, проводники то и дело появлялись в коридорах с горячим чаем, в тамбурах кто-то знакомился, а в некоторых купе вовсю говорили о музыке и благотворительности. В эту ночь «Дом на колесах» превратился в отдельный мир, немного тесный и шумный, но удивительно живой. 

«Мы здесь, потому что человек занимает важное место в нашей жизни. И его место в этой жизни. Всех нас это занимает», — говорит мне солист группы «Курара» Олег Ягодин.

Теперь помощь в пространстве поезда кажется совсем не героическим поступком, а скорее естественным продолжением человеческой близости. Наверное, такой должна быть благотворительность, когда забота о других становится частью повседневности. Об этом чуть позже мне расскажет Айгуль, одна из гостей на концерте, которая изначально вообще не рассчитывала на него попасть.

«Я знаю про "Ночлежку", но не то чтобы специально слежу за организацией, — рассказывает другая моя попутчица, Марина. — Просто хотела послушать "Мегаполис" и Terelya. Это ведь деньги, которые я в любом случае потратила бы на обычный концерт. А здесь они еще и пойдут на помощь другим людям. Наверное, так тоже можно помогать, когда не нужно отдавать последнее, что имеешь, а можно просто встроить это в свою повседневность».

Удивительно, но Анастасия, солистка группы Terelya, буквально через десять минут после нашего разговора с Мариной скажет мне то же самое. 

«Многим людям может быть трудно подступиться к помощи вообще. Кажется, что для этого нужно больше внутренних ресурсов и особенно доверия, — сказала она. — Проще помочь кому-то знакомому, кто совсем рядом, а тут музыка, поезд, атмосфера тепла и душевности. Музыка, уверена, умеет говорить о социальных проблемах! Хорошо, что сегодня мы показываем, как это на самом деле прекрасно и легко — помогать». 

Пока мы стояли в коридоре вагона, она успела рассказать мне, как всю ночь готовилась к выступлению и создавала наряд «неземной» пассажирки. Потом, когда я пробиралась в вагон-ресторан, чтобы успеть к началу концерта, думала, что добро не обязано быть скучным или жертвенным. Оно может быть красивым, праздничным, с голубыми блестками на веках и с гитарой в руках. Группа Terelya выступала первой и, кажется, задала тон всему вечеру.

Мы подъезжаем к Твери, пропадает связь. Внешний мир пролетает мимо за окнами поезда, а в вагоне остаются только музыка и люди рядом. Каждому известно, что музыка умеет не только звучать. Она способна вдохновлять, объединять и лечить — в первую очередь от одиночества. Я окончательно убедилась в этом, когда вагон-ресторан начал заполняться людьми. В тесном пространстве почему-то никто никому не мешал. Протискиваясь ближе к импровизированной сцене у барной стойки, зрители смеялись со звездным проводником актером Невидимого театра Ильей Борисовым (иначе рядом с ним, кажется, было невозможно), обнимали старых друзей или знакомились друг с другом буквально за несколько минут до начала концерта.

Артисты делились своими новыми песнями и историями из прошлого, рассуждали о доброте и «светлом чувстве», которое дарит человеку дом. Ему посвящена одна из песен группы Settlers, прозвучавшая на концерте. 

«В последнее время я пишу больше песен о детстве, мире и доме. Сейчас хочется особенно много писать о светлом», — рассказала Яна, солистка Settlers, а в вагоне-ресторане незаметно для всех почти исчезло чувство неловкости перед чужой уязвимостью. Его место заняла искренность, которой в ту ночь было удивительно много: кто-то смеялся так громко, что это было слышно в соседнем вагоне, а кто-то плакал, не стесняясь слез в темноте.

А потом настроение вагона вдруг изменилось. После тихой рефлексии и разговоров о доме пространство словно проснулось вместе с появлением Антохи МС. Труба звучала почти по-хулигански, и люди танцевали прямо на своих местах, хлопая в такт колесам. Казалось, вместе с этой музыкой поезд вспомнил что-то живое и беззаботное, детское ощущение дороги, в которой все впереди. 

«Для меня этот концерт еще и ностальгия, — признался Антоха МС после своего выступления. — Помню, как много лет назад играл на трубе в электричках. С тех пор такого не было. А тут появился повод вспомнить, как она звучала в пространстве вагона. Атмосфера очень домашняя получилась: провода, колонки, люди рядом. Почти квартирник. Даже цветной свет был».

Меня не покидало ощущение, будто все мы неожиданно оказались друг у друга в гостях. Люди подпевали артистам хором, смеялись так легко, словно были знакомы уже много лет, и в тесноте вагона рождалось ощущение единения, о котором также скажет Яна из Settlers.

«По образованию я фольклористка. Во время учебы часто ездила на экспедиции, когда приезжаешь к носителю традиции и узнаешь, как и чем он живет. Как-то мы были в Воронеже на Ивана Купалу вместе с ансамблем "Воля", который собирает народные песни. Помню, как в конце поездки мы сели за огромный стол, нам поддали самогона и одна бабушка запела невероятно красивый казачий романс "Тихий омут", а потом еще 50 человек на разные голоса его подхватили — звук стоял такой, что им можно было пробить потолок. В тот момент я поняла, зачем нужно петь вместе. Когда песня звучит хором, за одним столом, появляется ощущение, будто оголяются души. Это очень интимный процесс. И мне кажется, в современном мире нам этого не хватает. Мы все немножко поодиночке, сами за себя. А песня — неважно, народная или нет, — возвращает нас в ощущение совместности».

В ту ночь вагон-ресторан тоже пел вместе с нами: ритм колес и тяжелое покачивание вагонов неожиданно гармонично вплетались в выступления музыкантов. Вместе с песнями о путешествиях и поиске себя, подпевая под гитару, мы слушали и механическую мелодию поезда, на одну ночь став небольшим сообществом людей, объединенных общим выбором — быть ближе к чужому горю. 

Хорошо, что даже после самой темной ночи наступает рассвет. Так и наша ночь в «Доме на колесах» постепенно подходила к концу. За окнами загоралось небо оранжевым цветом, музыка стихла, а некоторые продолжали болтать с чаем у окна, не желая отпускать наступившую тишину слишком быстро. Однако поезд все равно прибывает — все выходят на платформу, обнимаются на прощание и просят контакты, чтобы, разойдясь в свои обычные дни, через время увидеться снова. 

Ира, одна из пассажирок, переезжала много раз: сначала учеба, затем иммиграция и возвращение. За это время она научилась перевозить дом с собой.

«Тепло, спокойствие и радость — вот единственное, что для меня важно. За годы постоянных перемещений я научилась возить дом в рюкзаке. И неважно, что каждый раз это была новая локация». 

Говорить, что такое дом, можно бесконечно долго. Место, где мы выросли, тепло, которое мы носим с собой, или люди рядом — оно всегда связано с ощущением безопасности. Хорошо, что этим чувством можно делиться и находить его везде, даже в ночном поезде, среди чужих людей, где-то между Петербургом и Москвой. «Дом на колесах» напомнил нам, что, даже если ты давно живешь между станциями, выход все равно есть. Главное, чтобы рядом оказался кто-то, кто поможет доехать до следующей точки.