РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Челябинский авторитет. Часть 3

В 1996 году самый опасный бандит Челябинской области Александр Морозов захватил администрацию Златоуста. Через год он уже сидел на скамье подсудимых. За 20 лет, проведенных в колонии за похищения, убийства и вымогательства, Морозов не потерял воли к власти. Правила жизни отправился в родной город бывшего зека, чтобы убедиться в том, как близко государственная власть соседствует с бандитским миром.
Челябинский авторитет. Часть 3
Не занимайтесь самолечением! В наших статьях мы собираем последние научные данные и мнения авторитетных экспертов в области здоровья. Но помните: поставить диагноз и назначить лечение может только врач.

Мы едем по городу на старых «жигулях». На поворотах автомобиль сильно вихляет, и Морозов, который сидит на пассажирском сиденье, то и дело упирается руками в торпедо и просит водителя сбавить скорость.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

— С чего начинал, к тому и пришел. В девяносто первом у нас были точно такие же убитые тачки. Но уж через пару лет мы ездили на джипах. Хоть бы так было и в этот раз. Всю дорогу он не выпускает из рук планшет: читает, что про него пишут уральские газеты. Из последнего — интервью депутата заксобрания, а в прошлом прокурора области Анатолия Брагина. Дочитав до конца, Морозов шумно выдыхает:

— По Брагину выходит, я чуть ли не осколок девяностых. А я помню, как он приходил ко мне в камеру — это было еще в начале срока — и рассказывал про сейф компромата на всю «верхушку». Где сейчас этот сейф, почему документы до сих пор не опубликованы? Просто Брагин не умирал, чтобы измениться и начать говорить правду.

Истина рождается из долгого и горького умирания. Это средневековый философ Авиценна. О чем бы Морозов ни говорил, он каждый раз перетряхивает копилку древней мудрости и для большей убедительности извлекает оттуда подходящее изречение. Чаще всего цитирует, конечно, Данте — лирический герой «Божественной комедии» ему особенно близок.

Незадолго до освобождения Морозов зарегистрировался во «ВКонтакте» и объявил себя религиозным лидером монашеско-рыцарского ордена «Братство Морозов — Златоуст». В уставе организации написано, что каждый вступающий в орден обязан уважать и свято чтить российскую конституцию, а особенно ее вторую главу: «Признавать, соблюдать, защищать права и свободы человека и граждан России — наша святая и общая обязанность». Несмотря на географическую привязку в названии, планируется, что миссионерская деятельность будет простираться далеко за пределы Златоуста. Цель Морозова — создание наднационального религиозного объединения, что-то вроде духовной корпорации, чье влияние на умы и души людей будет сопоставимо с влиянием Ватикана. Чтобы подкрепить слово делом, едва выйдя из ворот тюрьмы, Морозов переоделся в фиолетовую сутану, сшитую на заказ знакомой портнихой. Морозов вышел на свободу 6 мая. У ворот тюрьмы его встречали сын Антон и внук Лёва. Сын в последний раз видел отца, будучи еще первоклассником, внук — только на фотографиях. Встречать Морозова приехал и давний политический соратник, так и не состоявшийся президент Южно-Уральской Республики Сергей Костромин. Он стал первым, кого Морозов посвятил в свой монашеский орден.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Две дочери, которые сейчас живут в Испании, приехать не успели, но на днях обещали навестить. Пока что Морозов переписывается с ними в соцсетях и разговаривает по скайпу. Поселился Александр у сына. Одну из трех выделенных ему комнат он немедленно превратил в канцелярию. Отписки, расписки, жалобы, апелляции — едва ли не половину комнаты занимают перевязанные бечевками стопки бумаг, результат его упорной многолетней борьбы с ветряными мельницами. Еще в тюрьме Морозов от скуки решил заняться правозащитной деятельностью и опробовал изощренную тактику — борьбу с бюрократией средствами самой бюрократии. Он писал жалобы по любому поводу и рассылал их во все инстанции сразу. С «Почтой России» тяжба затянулась на несколько лет, память о ней утрамбована в четырех доверху забитых спортивных сумках. На суде Морозов доказывал, что задержка писем, вызванная неудовлетворительной работой почты, причинила ему моральные и нравственные страдания. В результате суд присудил ему компенсацию 10 рублей, что не покрыло даже расходов на бумагу.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Он пока не обогатил свой словарный запас словом «троллинг», которое наиболее точно отражает суть того, чем он занимается, поэтому, когда Морозов рассказывает о своих творческих планах, он вынужденно пускается в пространные объяснения.

— Главное — прецедент. Очень скоро мы будем зарабатывать на этом большие деньги, вот увидишь. Составлять жалобы Морозову помогают три молодых парня, набранных по объявлению. В девяностых таких энтузиастов называли «пехотой», сейчас времена поменялись, могут и обидеться, поэтому лучше именовать их членам ордена.

— Александр Иванович — легенда города, очень уважаемый человек, — говорит Антон Пастухов, владелец старых «жигулей», на которых передвигается по городу Морозов. — Я с самого детства про него много читал и слышал. А за несколько дней до его выхода мне скинули ссылку на страницу во «ВКонтакте». Смотри, говорят, твой кумир набирает себе людей. Вот так я здесь оказался. Морозов активно использует социальные сети. Видно, как для него важно не отставать от времени, чувствовать его и понимать. Но это не так просто — вмонтировать себя в современность без потери качества. Его занятия сильно напоминают деятельность потерявших актуальность региональных активистов, которые в середине «нулевых» боролись не с абстрактным Путиным, а с конкретными перегибами на местах. Можно вспомнить Дымовского и его разоблачения «палочной системы», или Евгению Чирикову, которая отрабатывала экологическую повестку. Сама идея теории малых дел в политике была дискредитирована в тот момент, когда администрация президента перехватила гражданскую инициативу и наплодила огромное количество молодежных организаций вроде «СтопХам» или «Хрюши против». Вышагивая по тюремной привычке из угла в угол, Морозов диктует очередную жалобу. Молодой член «Братства Морозов — Златоуст» стучит по клавиатуре.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

— Вчера в супермаркете «Монетка» была куплена просроченная курица. Ты напиши в Роспотребнадзор, — отдает распоряжения Морозов. — А ты заверни курицу в полиэтилен и вышли на экспертизу. После составления акта приходит знакомая психолог. Подписывают фиктивный договор на оказание услуг — 50 тысяч рублей за три сеанса психотерапии — и долго спорят насчет формулировок в экспертном заключении. После мозгового штурма останавливаются на следующем варианте: «Обнаружив дома, что курица просрочена, Морозов испытал невыносимые моральные и нравственные страдания, в результате чего ему потребовалась квалифицированная помощь психолога».

— Мы потом эти 50 тысяч из «Монетки» будем выбивать, — объясняет Морозов. — Приложим к заключению диплом психолога и отнесем все это в суд. Вечером в дверях квартиры появляется участковый. Вежливый, учтивый, он даже смотрит на Морозова такими же преданными и влюбленными глазами, как молодые члены братства. Расшаркиваясь и принося тысячу извинений — это он не от себя говорит, это начальство приказало, — просит не устраивать массовых манифестаций и не захватывать здания государственных учреждений. — Мы не оппозиция, — уверяет Морозов. — Мы за Путина. Мы не хотим выходить на Болотную площадь за абстрактные идеи, мы хотим указывать системе на конкретные просчеты и ошибки. Пока Морозов изучал на нарах философию власти, все те, с кем он начинал, ушли далеко вперед. Когда-то Валерий Ульданов был простым «контролером» — так в криминально-финансовой империи Морозова называли сборщиков дани на рынках, занимавших низшую ступень в иерархии, — а сейчас он владелец нескольких торговых центров и один из самых влиятельных бизнесменов Златоуста. После задержания Морозова он переписал на себя часть его активов и завел покровителей в силовых структурах, рассчитывая тем самым обезопасить себя от очередного передела собственности и претензий со стороны бывших товарищей. Морозов долго выбирает, что ему надеть, спрашивает у молодых членов братства, не будет ли это выглядеть вызывающе, если он придет в мэрию в сутане. Посовещавшись, решают, что лучше в гражданской одежде. Морозов выходит из дома в шортах и сланцах, под мышкой борсетка. По дороге в городскую администрацию рассказывает про Вячеслава Жилина, нынешнего мэра, который когда-то ходил у него в помощниках.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

— Вообще у меня штук 30 или 40 было этих помощников, я всех туда записывал. 19 лет назад Морозов заходил сюда, как к себе домой, без предупреждения и стука, сейчас охранник на входе просит предъявить паспорт. — Морозов я. К мэру надо попасть. — К мэру у нас по предварительной записи. — Ну вы позвоните ему, скажите, что Морозов ждет.

Охранник звонит секретарше и, прикрыв трубку рукой, что-то ей объясняет. Проходит десять минут. — К нам нельзя в шортах, — говорит, вешая трубку, охранник. Морозов возвращается к машине, достает из спортивной сумки сутану и переодевается. Вахтер неохотно берет морозовский паспорт и долго переписывает данные в журнал. Проходит еще десять минут. — Знаете, мэр вроде бы сейчас занят. Может, вам к депутатам сначала зайти?

Поднимаемся на шестой этаж, где находятся кабинеты депутатов. Несмотря на раннее время, никого на месте не оказывается. Морозов дергает дверь в кабинет бывшего начальника полиции — тоже заперто. Подходим к кабинету Жилина. Слышно, как за закрытой дверью поскрипывает паркет и кто-то перешептывается. Секретарша, застигнутая врасплох внезапным появлением Морозова, растерянная, обещает посмотреть, чем сейчас занят Вячеслав Анатольевич. В этот момент открывается дверь и выходит Жилин:

— Иваныч, извиняй, тороплюсь. Надо срочно ехать. Давай в следующий раз.

В кабинете мэра Златоуста снова встретились две России. Прошлая — робкая и нерешительная, на этот раз в образе смиренного монаха Морозова — отказывалась осознавать, что ее время прошло. Будущая — в лице Жилина — обо всем уже знала. Морозов выходит на улицу.

— Раньше я мог свистнуть — и они бы все ко мне прибежали. А сейчас вот терпеть все это приходится. В Златоусте многие считают, что Морозов внутри ничуть не поменялся, а весь маскарад с пестрыми рясами придуман только для отвлечения внимания. Сейчас он затаился и оценивает диспозицию сил в городе, чтобы затем нанести неожиданный удар. Впрочем, он и не слишком старается опровергать чужие подозрения.

— Мои подельники похоронили меня раньше времени. Они думали, что я не вернусь оттуда живым. Я вернулся.

Загрузка статьи...