РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Если вы не смотрели «Наследников», то настоятельно рекомендуем. Потому что это лучшая драма современного телевидения

На HBO завершается третий сезон «Наследников» — телевизионной драмы о медиамагнате Логане Рое и его семействе, основанной на истории бизнесмена Руперта Мердока и его News Corporation, владевшей The Times, Sky, The Wall Street Journal и другими влиятельными СМИ. По просьбе Правила жизни Андрей Подшибякин разбирает сериал на составляющие и объясняет, почему это лучший учебник по тому, как устроена современная Америка (и лучшая драма на современном телевидении).
Если вы не смотрели «Наследников», то настоятельно рекомендуем. Потому что это лучшая драма современного телевидения
HBO

«Что за хрень с твоим пристрастием к молоку? Молоко любят только котята и извращенцы». «Наследники» были бы пиковой формой существования современного сериала, даже если состояли бы только из цитат Романа Роя в исполнении Кирана Калкина. «Испытываю непреодолимое желание либо стукнуть кого-нибудь по письке, либо плюнуть на пол». Будем честны друг с другом: все мы регулярно испытываем это желание, просто не можем его так четко сформулировать.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

«Наследники» формулируют все предельно четко. В Нью-Йорке, где встречают нас события, патриарх трансконтинентальной медиаимперии готовится отойти от дел и приступает к выбору наследника. С этим есть проблема: старший сын — дурачок, средний — амбициозный лох (худшее в мире сочетание), а младший — в целом обаятельный парень, но при этом абсолютный Патрик Бэйтман (см. «цитаты Романа Роя»). Есть еще умная, целеустремленная и обаятельная дочь, но у нее имеется серьезный недостаток: она женщина. А патриарх, если кто-то еще не понял, — человек старой закалки.

сериал наследники
HBO

Из такой архетипической завязки может получиться что угодно: от придурковатого ситкома до шекспировской трагедии — у «Наследников» получилось все это одновременно. Патриарх не особо спешит отходить от дел, дети в буквальном смысле делят шкуру неубитого медведя, империя потрескивает по швам, оторваться от происходящего невозможно на протяжении уже трех сезонов — и в октябре HBO заказало четвертый. Теоретически продолжаться все это может очень долго: Руперт Мердок, на образе которого, очевидно, построен патриарх, и его дети, на образах которых, очевидно, построены дети патриарха в «Наследниках», никуда из медийного и политического ландшафта деваться не собираются — несмотря на то, что в марте Мердоку исполнилось 90 лет.

youtube
Смотреть
Смотреть

Как все по-настоящему большие художественные произведения, «Наследники» обладают несколькими уровнями восприятия. Поверхностный и буквальный прекрасно работает: сериал так превосходно написан и обладает таким безупречным кастингом, что идущий сейчас третий сезон выглядит как «пять человек часами разговаривают в двух комнатах» — и это все равно лучшая драма современного телевидения. Шотландский театральный актер Брайан Кокс, играющий патриарха, одним полным раздражения взглядом выражает больше, чем некоторые — тремя страницами монолога. Джереми Стронг (старший сын Кендалл), Алан Рак (старший сын Коннор) и Мэтью Макфейден (муж дочери) настолько по-разному жалкие, что зритель не может не испытывать над ними определенное моральное превосходство — притом что по сюжету денег и возможностей у них больше, чем у нас всех, вместе взятых. Это высший, конечно, пилотаж.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
сериал наследники
HBO

Дело еще в том, что «Наследники» — это сага о том, что в Америке называется generational wealth (и это еще один уровень восприятия сериала). Поколения за поколениями наследных принцев и принцесс, никогда не знавших, откуда в семье берутся деньги, но точно знающих, что деньги никогда не кончатся, — с учетом резкого полевения политической и масскультурной американской повестки в последнее время это очень, очень горячая тема. Кто не понял, тому объясняют прямым текстом: во втором сезоне муж наследницы дословно говорит, что ради пяти миллионов долларов напрягаться вообще не имеет смысла — это не такие деньги, чтобы выдохнуть и получать удовольствие от жизни. Зубовный скрежет миллионов зрителей при этих словах наверняка слышен в штаб-квартире телеканала HBO на бульваре Сансет в Лос-Анджелесе. «Наследники» здесь не подразумевают разночтений: абсолютная власть абсолютно разлагает — и даже бунт против сложившегося положения вещей превращается в укрепление сложившегося положения вещей. И если в тематически и интонационно близком сериале «Миллиарды» зрителю дают понять, кто условно «плохой», а кто условно «хороший», то в «Наследниках» нет героев — «плохие» все. С другой стороны, можно подумать, мы с вами сильно хорошие.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
сериал наследники
HBO
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Еще одна нарративная надстройка: медиаимперия, очевидно срисованная шоураннером Джесси Армстронгом с Fox Corporation, переживает непростые времена. Старые приемы не работают, новые не придумываются, у ворот беснуются стартап-варвары, а престарелое руководство по-прежнему считает себя королями цивилизованного мира — когда патриарху звонит президент США, который в «Наследниках» фигурирует под кличкой Изюм, патриарх кривится и не берет трубку. Это метафора современной Америки: иногда тонкая (патриарх писается и забывает принять таблетки, но шутки с ним все равно плохи), иногда — вполне лобовная (следующего президента выбирают не на выборах, а в кулуарах съезда консервативных миллиардеров — причем выбирают, кажется, фашиста). В сущности, из «Наследников» о современной Америке можно узнать намного больше, чем из любого выпуска новостей.

сериал наследники
HBO
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Как все по-настоящему великие художественные произведения, «Наследники» — история о семье. Если произвести ментальное усилие и счистить с клана Роев миллиарды долларов, кавалькады «Эскалейдов» и политическую мощь, то останутся «Симпсоны» пополам с «Кланом Сопрано». То есть абсолютно любая семья (да, даже ваша) с элементами художественного преувеличения. У бати за спиной шушукаются, но вслух сказать поперек слово боятся. Мама за кадром выходит за кого-то замуж четвертым браком. Младший сын балованный. Средний сын непутевый. Старший сын... Тьфу вообще, не к столу будь сказано. Дочь, конечно, сообразительная девочка, но мы же с вами все понимаем — замуж выскочила непонятно за кого, не ровня он нам, да еще и, кажется, в тюрьму вот-вот сядет.

Именно поэтому «Наследники» так безупречно работают: при всех географической, исторической, финансовой и прочих дистанциях между зрителем и персонажами от семейных архетипов при всем желании никуда не деться.

«Видишь, я тупой, но умный», — говорит Роман Рой в шестой серии первого сезона после неожиданно точного монолога о сущности онлайновых СМИ.

Все мы так иногда думаем, просто не можем так точно сформулировать.

Загрузка статьи...