Гай Ричи уже не тот? Как британский режиссер сменил бандитов на джентльменов, рискнув карьерой

Интерес Гая Ричи к преступному миру и высшему свету заложен в нем с детства: за годы взросления будущий режиссер успел соприкоснуться с обоими. Родился Ричи в простой семье бывшего морского пехотинца и директора рекламного агентства. Но вскоре с семьей парня случились не самые простые перемены: родители развелись — и каждый создал новый брак с представителем британской аристократии. Отец связал жизнь с баронессой, мама — с сэром и баронетом. И дело не только в титулах, за которыми иной раз может не стоять никакого реального богатства — в случае Ричи все было ровно наоборот: взрослел он в пригороде Лондона... в поместье XVII века. Его родословная тянется от английского короля Эдуарда I, а среди дальних родственников — предки принцессы Уэльской Кэтрин. В общем, нрав у Гая Ричи хулиганский, но вот происхождение элитарное.

После окончания школы Ричи-младший зарабатывал первые деньги курьерством и съемкой рекламы. Пригодились опыт и связи отца-рекламщика, а также увлечение кино. На свой дебютный фильм собирал деньги в ближайшем окружении, а оно у него оказалось непростым. В старт карьеры юноши с киноаппаратом вложились основатель сети баров Hard Rock Café Питер Мортон, продюсер и режиссер Мэттью Вон (Kingsman, «Пипец») и супруга Стинга, Труди Стайлер. Ее особенно впечатлила короткометражная работа начинающего режиссера «Трудное дело». Картина стала своего рода витриной уже сформированного (но еще не отточенного) стиля Ричи: криминальный сюжет, помноженный на британский юмор, снабженный динамичным монтажом и высоким стилем истинного джентльмена.

За стартовым «Трудным делом» последовало дело посложнее — выпустить свой полнометражный дебют и не провалиться. С этим Ричи удачно справился: «Карты, деньги, два стола» стали сенсацией — не только локальной, но и далеко за пределами родной Великобритании. При бюджете чуть более $1 млн (£800 тыс.) картина новичка заработала в мировом прокате почти $30 млн. Случилась еще одна поразительная вещь: стиль Гая Ричи критики активно сравнивали со стилем его заокеанского коллеги Квентина Тарантино, подчеркивая их очевидное сходство, но, кажется, это никого не смущало. Редкий случай, когда параллели между двумя яркими авторами не сыграли против них, а только усилили персональный бренд каждого.

На смену азартным карточным играм пришел подпольный спорт — боксерские бои без правил и с подкупом игроков. Спустя всего два года после первого успеха Ричи снял свою вторую картину — «Большой куш». На этот раз с кучей звезд в составе (Брэд Питт, Бенисио Дель Торо, вернувшиеся на экраны Винни Джонс и Джейсон Стэйтем, прославленные дебютом Ричи) и в новом личном статусе. К выходу фильма Ричи-постановщик состоял в отношениях с Мадонной, с которой познакомился на званом ужине все той же Труди Стайлер. Под занавес 2000 года они сыграли свадьбу, и на свет появился их первый общий ребенок Рокко.

Эти отношения достойны отдельного упоминания, потому что оказали сильное влияние на творчество Ричи. Если с музыкальными видео и рекламой все складывалось удачно (снял Мадонну в ироничном и драйвовом проморолике для BMW с Клайвом Оуэном и клип на ее песню What It Feels Like for a Girl в роли неудержимой бандитки), с полным метром отношения режиссера разладились. Это был первый случай в карьере громко прозвучавшего постановщика, когда за стремительным взлетом последовал болезненный спад. Ричи снял с Мадонной комедийных «Унесенных» — ремейк итальянской приключенческой мелодрамы 1974 года. Картину не разгромил только ленивый, а ее главным достижением остается внушительный букет наград антипремии «Золотая малина»: пять статуэток, включая победу в номинации «Худший фильм».

Временно отказавшись от буквального сотрудничества с женой, Ричи оставался связан с певицей идейно: ее увлечение каббалой влияло и на его творческие поиски. «Револьвер» — философская криминальная притча, сценарий к которой Ричи написал в соавторстве с Люком Бессоном. Сопровождаемый закадровыми размышлениями о смысле жизни и цене успеха фильм не повторил судьбу провального предшественника, но и не вернул Ричи в обойму. Тогда, в 2005-м, пресса впервые начала публично хоронить режиссера в профессии. Казалось, что Ричи лишился собственной айдентики, былого азарта, пыла и ироничного отношения к кино.

Долгожданный камбэк случился спустя три года и один развод с Мадонной. В 2008-м вышел «Рок-н-рольщик», всецело оправдывающий свое название. Ричи огляделся по сторонам и выпустил не просто фильм, а глумливый и актуальный слепок своего времени. Его излюбленный сюжет с криминальными элементами Лондона дополнили наводнившие к тому моменту английскую столицу российские олигархи и их семьи. Борьба шла не только за рынок сбыта запрещенных веществ, но и за лондонскую недвижимость — элитную и вожделенную. В борьбу включились все: бандиты, музыканты, воротилы бизнеса — легального и теневого. «Рок-н-рольщик» ознаменовал собой возвращение Ричи в высшую лигу, хотя и со сноской. С одной стороны, было досадно, что он по-прежнему силен именно в привычном для себя жанре авантюрной комедии с металлически-криминальным привкусом. С другой — этим фильмом Ричи доказал, что слухи о его смерти как автора были слишком преувеличены: он вернулся и ему по-прежнему есть что сказать.

Финал нулевых — время расцвета режиссера и его переориентации. Злободневный Лондон с узнаваемыми приметами времени сменил Лондон викторианский и такой красивый, будто был списан со страниц графического романа. В действительности же на большие экраны он переехал со страниц литературной серии Артура Конан Дойля о приключениях Шерлока Холмса. Ричи снял готический детектив, в котором юмора и стиля не меньше, чем динамичности и закрученности сюжета. Неудивительно, что за успехом первой части проект получил зеленый свет на продолжение: спустя три года на экраны вышел «Шерлок Холмс: Игра теней».

На волне успеха постановщик продолжил экскурс в прошлое, но не на столь дальние временные расстояния. Его «Агенты А.Н.К.Л.» — очередной ремейк (одноименного шпионского сериала, выходившего в разгар холодной войны и высокого спроса на истории о международной разведке), но на этот раз удачный. Ричи взял под свое крыло Генри Кавилла, уже связанного кабальными контрактами с супергероикой и изголодавшегося по историям, в которых мир можно спасать без применения внеземных суперспособностей. С Кавиллом Ричи продолжает работать до сих пор, польстившись не только на физическую мощь актера, но и на его талант смеяться над собой. Мало где Кавилл так охотно и задорно валяет дурака, как в проектах Ричи.

Долго усидеть на новой карьерной вершине Ричи не удалось. В 2017-м он выпустил «Меч короля Артура», где применил наработанную формулу: исторический контекст, столкновение бандитов и тех, кто с ними борется, приглашенный футболист (Винни Джонса сменил Дэвид Бекхэм), юмор и много экшена — пусть на дворе и Англия V века. Фильм получил сдержанные оценки, а творческий гений Ричи забуксовал: старые формулы при смене времени и места действия уже не работали. На месте ожидаемого нового слова в жанре зазвучали лишь самоповторы. Но Ричи из числа тех режиссеров, которых критика будто бы только мотивирует. 

Вопреки критике и обвинениям в профессиональном ступоре, в 2019-м постановщик постарался угодить всем. Выпустил «Джентльменов» (квинтэссенцию своего творческого стиля и наработок в жанре), а также семейного «Аладдина». Оба проекта попали в свою аудиторию и стали кассовыми хитами. Скромные по размаху «Джентльмены», стоимостью $22 млн, заработали $115 млн. А волшебный «Аладдин» при бюджете $183 млн стряс со зрителей по всему миру свыше $1 млрд. Можно было сколько угодно упрекать Ричи в том, что он уже не тот, но цифры доказывали обратное: он остается зрительским любимчиком, по-прежнему зарабатывающим внушительную кассу.

Новый кредит доверия Ричи использовал так, как и положено человеку, справившему полувековой юбилей, — заговорил на серьезные темы. Его «Гнев человеческий» — тоже ремейк (французской драмы «Инкассатор»), в котором он крепко переосмыслил оригинал. Ричи снял мрачную, гнетущую и пропитанную кровью историю о возмездии — неизбежном и жестоком. В картине его любимый актер-талисман Джейсон Стэйтем сыграл редкую для себя роль не просто героя с изрешеченным сердцем, но едва ли не ветхозаветного бога, карающего и беспощадного. Разделенная на главы картина напоминала большой современный роман на вечную тему: кто определяет рамки справедливого отмщения и как в процессе самому не превратиться в злодея. Почти шекспировский вопрос он продолжил в картине «Переводчик», посвященной не мести, а ее изнанке — чувству долга. Чудом спасшийся из Афганистана солдат возвращается в страну, где стал целью номер один, ради спасения своего спасителя — местного жителя и переводчика.

И если казалось, что Ричи обрел завидную серьезность, сменив шутливость на философский тон, вышедшая в тот же год «Операция "Фортуна": Искусство побеждать» доказала обратное. Ричи не просто не изменился, он так и остался большим ребенком. «Первые 60 лет — самые сложные годы детства в жизни мужчины», — как бы намекнул режиссер, удививший фильмом, который иначе как глупой поделкой не назовешь. Это как если бы тревел-блог стал жанровым аттракционом — с перестрелками, погонями и красивыми видами лучших курортов мира, но совершенно лишенный хоть какой-либо интеллектуальной нагрузки.

Заплыв к разным жанровым гаваням режиссер продолжил в приключенческом «Источнике вечной молодости» и более свежих «Грязных деньгах». Это увлекательно и утомительно одновременно, это дорого и бессмысленно, это хорошие актеры и плохо прописанные герои. Это банальное творческое жульничество. Но смущает ли это Ричи? Отнюдь. Более того, постановщик намерен продолжать играть и снимать на своих условиях.

То, что Ричи умеет добывать немалые бюджеты для своих проектов, он продемонстрировал еще на старте карьеры. На всем ее продолжении он лишь доказывает, что умеет находить деньги даже после откровенных авторских неудач, которые сменяют успехи. Человек-загадка, режиссер-парадокс. Полнометражных «Джентльменов» он расширил до сериала, который даже превзошел оригинал, а его второй сезон вот-вот взбодрит метрику просмотров Netflix.

Хоть сколько-то эту череду сиквелов, приквелов и прочих самоповторов разбавил «Гансгтерленд» (спин-офф «Рэя Донована») — мрачная криминальная сага с хмурым, как осенний Лондон, Томом Харди. Но и здесь сериал, запущенный Ричи (он снял две непримечательные серии), оживает ровно в тот момент, когда режиссер уступает свое кресло другим постановщикам, пересаживаясь на место продюсера.

При этом стриминговая и студийная география Гая Ричи поражает: «Джентльмены» выходят на Netflix, «Гангстерленд» осели на Paramount+, «Молодой Шерлок» пополнил каталог Prime Video, «Источник вечной молодости» выходил на Apple TV. «Аладдин» — продукт студии Disney. Будущий проект «Да здравствует безумие» по одноименному криминальному роману Дж. Дж. Конноли и с любимчиками, Джейсоном Стэйтемом и Винни Джонсом, в дистрибуции подхватит Amazon MGM.

Получается, что Ричи, такой нестабильный и спорный, словно находится в персональной прайм-эре. Он одновременно везде, так и не растеряв юношеского таланта заводить нужные знакомства и находить бюджеты. Звезды выстраиваются в очередь, соглашаясь сниматься у него, хотя в последних релизах и речи нет о серьезном материале или персонажах — халтурить так на все деньги. Единственное, что точно не отказывает Ричи с годами, — чувство юмора и самоирония. Кажется, что только он может так уверенно плодить копии собственных хитов и не испытывать при этом стеснения.

Пока он занят разоблачением британской аристократии и лондонского бандитизма, кто-то просто обязан рассказать историю режиссера уникальной производительности и творческой дерзости, нахального англичанина с впечатляющей родословной и замашками бунтаря, который снимает так, будто критиков вовсе не существует. Это правда, Гай Ричи уже давно не тот, но не сказать, что это плохая новость.