Выбор «Правил жизни»: уральские художники на арт-ярмарке АТРИУМ — 2026 в Ельцин Центре

Муравьед с человеческими стопами, мужчина с головой синицы, собака с лицом куклы — фантастические существа, которых создает художественное объединение ГУЙ. Его участники Мария Плаксина и Егор Ефремов используют в своих работах технику, напоминающую строительство ласточкиных гнезд: они соединяют глину с паклей, сеном и ветвями деревьев.

Объединение появилось в Екатеринбурге в 2018 году из двух инициатив: сообщества «Лепкотуса», которое организовала Плаксина, и «Лаборатории практического востоковедения» Ефремова. В своих скульптурах они обращаются к фольклору и уральской мифологии, создавая хтонических персонажей.

«Мы не авторы, работающие в "традиции". Это "традиция" работает нами», — объясняют участники ХО ГУЙ. Плаксина и Ефремов переосмысляют фольклорные образы, помещая их в современный контекст. Художники создают тотальные инсталляции и паблик-арт, вовлекая зрителя во взаимодействие со своими скульптурами.

Еще один фантастический бестиарий появляется в работах Филиппа Олиефа (Мустафина) из Челябинска. Из его персонажей — котов, птиц и даже винограда с глазами — складываются причудливые композиции, напоминающие иллюстрации из детских книг.

Однако за яркими образами скрываются более мрачные сюжеты: среди добродушных персонажей появляются ружья и флаги с изображением оружия. «Некоторые персонажи кочуют из работы в работу. Они сложные, и не всегда легко понять их мотив», — рассказывает Филипп Олиеф.

В прошлом году Мустафин начал разрисовывать оборотные стороны холстов. Идея возникла у него после персональной выставки, где картины были подвешены к потолку и зрители могли обойти их со всех сторон. «Я решил дополнять каждую работу, изображая "закулисье"», — вспоминает художник. Теперь на обратной стороне холстов Олиефа можно найти эскизы, дополнительные рисунки и отсылки к будущим полотнам.

Художник Илья Мозги занимается стрит-артом больше 14 лет. Его главный инструмент — текст, который он размещает в городском пространстве. С помощью ироничных комментариев на стенах домов он перепридумывает привычный индустриальный пейзаж.

«Когда вы попадаете на улицу, перед вами открывается реальное изображение, созданное человеком. В нем переплетаются следы времени и повседневная жизнь людей. Картина уже готова, к ней не хватает только подписи. Этим я и занимаюсь», — объясняет Мозги.

Еще один способ исследования города для Мозги — интервью с местными жителями, из которых он составляет печатные издания. Художник собирает образ города из «авторских версий» людей — их воспоминаний о детстве, случайных происшествиях, важных и не очень событиях, привязанных к конкретным точкам на карте. «Из таких рассказов складывается альтернативное представление о городе, которое сложнее получить, просто прогуливаясь по улицам», — говорит художник.

Стрит-арт-художник Гоша 11811 переносит анатомические штудии и натюрморты с академических полотен на стены домов в Екатеринбурге. В его граффити возникают «музейные темы»: одна из серий посвящена сосудам, а в других работах появляются искаженные человеческие фигуры в экспрессивных позах.

«Это отпечаток академического образования. Например, вся серия с сосудами ставит вопрос о том, какие артефакты современности могут оказаться в музеях», — рассказывает Гоша 11811. По его словам, помимо европейского академизма на него повлияла культура Востока — детство художник провел в Японии.

Постоять на очень длинном светофоре, постучать ключами по решетке и после покидать камень вместе с Натальей — по такому маршруту можно пройтись, если следовать одной из «ментальных карт» художницы Кати Червонных.

В основе маршрутов, которые составляет Червонных, лежит концепция коллективного дрейфа — практики исследования города через свободное перемещение без заранее определенного направления. На своих картах художница отмечает наиболее яркие впечатления от прогулки, в том числе собственные эмоциональные реакции — от радости до отвращения.

Обращаясь к практикам философа Ги Дебора и участников объединения «Ситуационистский интернационал», художница также составляет ассамбляжи из найденных во время прогулок предметов. «Жизнь в городе как конструктор, детали которого не только соединяются, но и наслаиваются друг на друга, — рассказывает Катя Червонных. — Мне любопытно пытаться разлепить эти слои и подсветить интересные находки, которые часто встречаются на пути».

«Основной мой посыл – не усложнять и без того непростые вещи, а простые – упростить до неприличия. Иронизировать везде, где только получится», — говорит художница Рита Софт.

С помощью аэрографа Рита Софт создает яркие, абсурдные работы в примитивистском стиле. Большую часть пространства ее полотен занимают искаженные человеческие лица с закатанными глазами и оскаленными ртами. Иногда эти головы становятся частью фантазийного организма с копытами лошади или лапами тигра.

Фотографии Федора Телкова — поэтичные свидетельства того, чем живет современный Урал, от быта марийцев до пейзажей Куртатинского ущелья. Он снимает природу региона, повседневную жизнь жителей небольших промышленных городов, представителей закрытых сообществ и коренных народов.

«Документация действительности» Телкова далека от натурализма. Особенно заметно влияние уральского фольклора и мифологии в серии «Сказы», вдохновленной уральским эпосом Павла Бажова. В этих снимках сказочные мотивы проступают сквозь повседневную жизнь региона десятилетней давности.