2 книги, которые мы читаем на этой неделе: остросюжетный триллер «Эффект Сюзан» Питера Хёга и хоррор «Килл Крик»

​​Каждый понедельник литературный критик Анастасия Завозова рассказывает о двух книгах: для серьезного, вдумчивого чтения и чтобы отвлечься в разных литературных мирах. В подборке недели — долгожданный роман самого популярного датского писателя Питера Хёга и ужастик Скотта Томаса как оммаж Стивену Кингу.
Теги:
2 книги, которые мы читаем на этой неделе: остросюжетный триллер «Эффект Сюзан» Питера Хёга и хоррор «Килл Крик» 
Правила жизни

Питер Хёг, «Эффект Сюзан»

Symposium, перевод Елены Красновой

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

О чем: о том, что все дисфункциональные семьи функциональны по-своему

Зачем читать: после романа «Дети смотрителей слонов» мы узнали, что Хёг умеет быть не только нежным писателем, но и смешным. Эта его внезапная, строго дозированная нежность, умение вдруг поддать света во тьме, прорывалась наружу еще в «Смилле», но окончательно осталась с читателями после танца под звездами, которым заканчиваются «Дети». В дальнейших своих романах Хёг продолжает давать качественного, интеллектуального бакманизма, даже если иногда спохватывается и — вот как в романе «Эффект Сюзан» — убивает, например, человека, засунув его в стиральную машину. Этот принципиально новый Хёг, продолжающий исследовать тему семьи, живущей по своим особым правилам — далеким от социально навязанного кодекса поведения идеальной (и поэтому несуществующей) нуклеарной семьи — но скрепленной искренней любовью вместо обязательств и условностей. По форме «Эффект Сюзан» остается узнаваемым триллером хёговского формата: феноменально располагающая к себе женщина по имени Сюзан, которая мыслит канонами и использует принципы квантовой физики для готовки, ввязывается в опасную околополитическую операцию, разумеется, чтобы защитить семью. Пока она ищет протоколы какой-то заранее неприятной Комиссии Будущего, совершая для этого все необходимые жанровые действия (погони, похищения, встреча с Горбачевым в конце концов), а Хёг авторской скороговоркой повторяет свою привычную литанию, которая встречается у него от романа к роману (глобализация — это плохо, жадность политиков не знает границ, мы на грани катастрофы, но нас спасет воля к покою и свету), сам роман, возможно, по воле огромного, неконтролируемого таланта самого Хёга, выстраивается в другую, менее отчетливую историю о любви, которая побеждает даже то, что хотел сказать автор.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Скотт Томас, «tag3Килл Крик»

Рипол Классик, перевод Марии Мельниковой

О чем: четыре автора хорроров едут в дом с привидениями на стрим-ивент, чтобы немного взбодрить свою карьеру, и вы не представляете, что они там снимают.

Зачем читать: «Килл Крик» внешне выстроен как очень понятный «ужастик», очередная остановка на маршруте, по которому вовсю раскатывают гроб на колесиках и прочие обязательные тропы и трюизмы привычного хоррора. Здесь вместо бегущих по стенке зеленых глаз, черной руки или красной простыни — дом с привидениями, плотно и убедительно прописанное нехорошее место, во дворе которого еще раскачивается со скрипом фантомная висельница. В романе обязательно найдутся и кровавые тайны прошлого, и загадочная замурованная комната, и портал в ад и адок, но Скотт Томас освежает обкатанный сеттинг, когда делает своих героев, не, скажем, молодоженами, студентами или охотниками за привидениями в поисках очередного призового барабашки, а авторами разного рода хорроров. Мужик, пытающийся перезапустить писательскую карьеру, нежный семьянин, пишущий христианский хоррор для школьников (что? да!), авторка доминантной фем-эротики с элементами нажористого трэша и фарша и хоррор-мэтр, явно списанный со Стивена Кинга, превращают «Килл Крик» из просто динамичного романа о том, что в некоторых местах зло буквально висит на стенах вместо ковра с тиграми, в своего рода роман-исследование темной стороны творчества. «Килл Крик» вообще во многом — приятный оммаж Кингу, но не самым его прямолинейно-страшным романам, а, скорее, «Истории Лизи», в котором важная часть повествования — это тот самый кровавый сор, из которого растут книги. Постепенно фокус истории смещается от внешней битвы со злом к борьбе со злом внутренним, «Килл Крик» перестает быть хоррором и оборачивается психологическим романом о прошлом, которое кровоточит внутри у каждого из четверых авторов — вечный источник чернил для их книг и самый быстрый способ захлебнуться.