T

Летописец богемного андерграунда, поймавший в кадре
дух свободы и перемен: жизнь и творчество классика фотографии Сергея Борисова

В галерее Ruarts проходит ретроспективная выставка Сергея Борисова, которого часто называют летописцем советского андерграунда. При этом Борисов — не наблюдатель и не хроникер. Режиссируя свою картину мира, он воплощает собственные метафоры, а дух перемен протекает через все его работы. Год создания снимка не нужно искать на этикетке — все ярко отражено на лицах его героев, среди которых числятся как звезды эстрады, так и представители советского андерграунда: от Аллы Пугачевой (для нее Борисов даже оформил две пластинки), Бориса Гребенщикова до Виктора Цоя, Владислава Мамышева-Монро и Жанны Агузаровой.


Борисов по сей день продолжает активно работать, фиксируя события наших дней. А 23 мая мастеру исполнилось 75 лет, и к этой дате приурочена ретроспектива его работ в галерее Ruarts. Разбираем его творчество на составляющие.


Сергей Борисов. Автопортрет с дочерьми, 1989.

Сергей Борисов. С открытием! 1996.

Сергей Борисов начал снимать в 12 лет. Сменив с десяток разных профессий, он пришел к фотографии, путь в которую начался в середине 1970-х: сначала Борисов работал выездным фотографом, снимал художников-нонконформистов, выставлявшихся в зале на Малой Грузинской, — Немухина, Штейнберга, Зверева.


С 1976 года стал работать в рекламе. Тогда начал появляться запрос на моду, зарождалась новая культура, напоминавшая западный мир. Все меньше героями кадра становились работники полей, космоса, заводов, все чаще появлялись артисты театра и кино, музыканты. Сергей Борисов создавал плакаты и оформлял пластинки почти для всех звезд советской эстрады. Среди героев его фотографий совершенно разные люди, но каждый — культовая фигура: Борис Гребенщиков, Тимур Новиков, Илья Кабаков, Эдуард Штейнберг, Сергей Курехин, Алла Пугачева, Владислав Мамышев-Монро и другие.

Сергей Борисов. Эдуард Лимонов, 1994.

Сергей Борисов. Гласность и перестройка, 1986. 

Ольга Свиблова, директор Мультимедиа Арт Музея


Борисов ищет и находит свой уникальный фотоязык. Драйв, жесткие и умные композиции его постановочных кадров уже в начале 1980-х годов превращают его в непререкаемый авторитет прежде всего в художественной среде: актеры, художники, музыканты — все хотели сниматься у Борисова. А Борисов благодаря своей уникальной коммуникабельности и искреннему интересу к начинавшей легализоваться в то время неофициальной культуре безошибочно выбирал своими героями тех, кто лучше всего выразил это время.


Борисова интересовала визуальная составляющая времени. Люди контркультуры, культуры андерграунда и новой культуры перестройки своим внешним видом являли резкий контраст по отношению к тем, кто всей своей жизнью был научен не выделяться из толпы. Именно в это время возникает и новая альтернативная мода. Сергей Борисов снимает показы Кати Филипповой, Кати Микульской, костюмы Гоши Острецова и др.

Сергей Борисов. Вдохновение, 1989.

Сергей Борисов. Студентка, 1993.

Миша Бастер, художник и куратор архива московских субкультур времен перестройки

Сергей Борисов начинал свой путь фотографа с рекламной фотографии и парадных портретов звезд эстрады. Это кормило и давало социальные преференции, а неформальный мир, в который он погрузился в начале 1980-х, давал ему то, что сформировало стиль, по которому сейчас узнаем Борисова. Это не только беспощадное ню-фото перестроечных девичьих телес и репортажная съемка из недр богемного андерграунда с удивительными глубоководными рептилиями и юными беспечными мальками, но и то, что в XXI веке будут называть shame, а с недавнего времени термином «кринж». То «невинно-постыдное» и неудобное, что сегодняшним избалованным во всех смыслах поколением молодежи возводится в ранг моды и Zeitgeist. Этот «кринж» идет пунктиром через все творчество фотографа, но Борисов, как Прометей, прикован к скале вечности цепями 1980–1990-х и героями советской перестройки. Оказавшись в эпицентре разношерстного клубка взаимоотношений богемы и представителей молодежных субкультур, он превратил свою студию в игрушечную версию нью-йоркского клуба «Студия 54», где фиксировался на пленку пантеон столичного андерграунда 1980–1990-х годов.


Себя я к таковым героям не относил, стараясь прятаться за спинами более именитых товарищей, на сцену лез редко, старался в кадр не попадать. Но, когда занялся архивом, выставками и публикациями по субкультурам, это стало неизбежным. И вот, после выхода в 2009-м выставки и фотоальбома «Хулиганы-80», мы решили с Сергеем этот пробел в его колоде героических карт закрыть. Снимать он тогда любил на районе, там были и сталинские дома с ампиром, и снесенные ныне Дорогомиловские бани, и вот меня, измученного выставочно-издательскими проектами, в итоге заставил кататься на чугунных воротах, что я без особого удовольствия сделал, пощелкались у бань. Там мне понравилось больше, потому что я наконец расслабился и перестал «хлопотать лицом», то есть кривляться. Но Борисов остался верен своей традиции и стилю, отобрав для своего каталога именно ту, где я был в роли орангутанга. Ну, что тут скажешь, автор есть автор. Когда я писал тексты к его каталогу с этой фотографией, Сергей ко мне не лез с коррекциями. Так как мой стиль состоит в том, чтобы не приукрашивать, не «пришивать кружавчики» из слов к и без того фантастическим историям, которые с нами всеми случились. Тот случай, когда жизнь была богаче описаний. И Сергей ее снимал.



Сергей Борисов. Виктор Цой в Студии 50А, 1985. 

«Я не хочу идти в мейнстриме», — говорил о себе Борисов в одном из своих интервью. Он буквально «одной крови» со своими героями. Вполне логично, что в 1979 году появилась его мастерская «Студия 50А» — одно из главных мест неофициальной культурной жизни Москвы. Здесь проходили выставки, презентации и концерты, в частности, Виктора Цоя и Петра Мамонова.

Ольга Свиблова, директор Мультимедиа Арт Музея


С начала 1980-х годов Сергей Борисов начинает снимать видео. Видеоинтервью расширяют границы его понимания художников, которые становятся друзьями и героями его фотосъемок, превращавшихся в искрометные хеппенинги. Друзья дарят картины. В «Студии 50А» художники всегда могли найти и холсты, и краски. Часто они создавали свои картины за дружескими беседами в мастерской Борисова, который начинает и покупать работы, совмещая свою художественную деятельность с коллекционированием.

Сергей Борисов. Жанна Агузарова в Студии 50А, 1990.

В 1985-м в студии отмечалась премьера спектакля «Серсо», поставленного режиссером Анатолием Васильевым в «Театре на Таганке». Одновременно в «Студии 50А» могли оказаться София Ротару, Александр Розенбаум, Борис Гребенщиков, Жанна Агузарова, Роберт Де Ниро.

Катрин Борисов, арт-директор Ruarts, старшая дочь Сергея Борисова

В его «Студии 50А», где я часто бывала, всегда царила атмосфера свободного творчества. Здесь собирались дипломаты и маргинальные художники, андерграундные музыканты и стиляги, селебритис и коллекционеры. Много лет спустя «Студию 50А» назовут «связующим звеном в культурной жизни рубежа тысячелетий».

Сергей Борисов. Анатолий Зверев в Студии 50А, 1982.

Студия живет своей жизнью до сих пор, являясь центром притяжения московской и питерской богемы.

В 1984 году к Борисову обратился корреспондент французской газеты Le Monde с предложением сделать репортаж о советской рок-музыке и, в частности, о «Машине времени». Незадолго до этой встречи Сергею Борисову дали кассету «Радио Африка». Так Франция открыла для себя Бориса Гребенщикова и ленинградский рок-клуб. А через пару лет у Борисова не было отбоя от зарубежных изданий: Actuelle, Le Monde, Photo, Vogue, Interview, Spin, Face, Epoca, Zoom, Manchette, Winner, Tempo, Nitro, El Paix и многих других. В России его фотографии — во всех значимых журналах.

Сергей Борисов. Борис Гребенщиков, 1995. 

Василий Церетели, директор Московского музея современного искусства

Для меня особо ценными работами Сергея Борисова являются его снимки 1980–1990-х годов. Именно в них чувствуется дух времени и характер эпохи со всеми ее противоречиями. Ему удалось зафиксировать ощущение свободы, раскрепощенности, драйва и перемен в искусстве тех лет в лице сегодняшних кумиров: Бориса Гребенщикова, Тимура Новикова, Владислава Мамышева-Монро, Ильи Кабакова, Виктора Цоя, Сергея Курехина, Африки, Жанны Агузаровой и др. По этой причине название выставки Zeitgeist, которая прошла в ММОМА в 2017 году под кураторством Катрин Борисов, было выбрано неслучайно. Он действительно обладает исключительным почерком. И то, что его произведения можно встретить на аукционе Sotheby’s сегодня, подтверждает признанность фотографа не только российской художественной арт-сценой, но и международным сообществом экспертов.

Сергей Борисов. Полет, 1988.

В 1994 году принцесса Диана отобрала работы 100 лучших фотографов со всего мира на выставку A Positive View, в число которых попал и снимок Сергея Борисова «Полет» — фотография была продана на аукционе Sotheby’s в Лондоне. После этого на Борисова обратил внимание и сам аукционный дом. Вскоре последовал еще один аукцион с двумя его фотографиями в одном лоте: снимок «Диалог» был продан за $12 000, «Объяснение» — за $13 000.

Сергей Борисов. Диалог, 1983.

Сергей Борисов. Объяснение, 1993.

Лиза Плавинская, искусствовед, художник (цитата из журнала «Арлекино», 1995 год)

Он достиг такой свободы, что может позволить себе в каждом новом десятилетии своей творческой биографии создавать новый стиль и неизменно оставаться знаменитым фотографом Борисовым. Загадка Борисова такова же, как загадка любого хорошего художника, — это его метаморфозы.

Сергей Борисов. Наша утопия, 2020. 

Сегодня фотографии Сергея Борисова продаются в различных галереях и на аукционах Европы, в том числе на Sotheby’s, Сhristie’s, Phillips de Pury. Работы выставляются в российских и зарубежных музеях.

Сергей Борисов. Дефиле, 1987. 

Сергей Борисов. Рондо. Съемка на плакат, 1987.

Катрин Борисов,
арт-директор Ruarts

Говорить о классике современной российской фотографии несколько сложно, так как многое уже сказано, но у меня всегда было свое видение его творчества, свой особый способ показать его работы публике.


Борисову всегда удавалось «поймать», почувствовать дух времени. Лично я называю его певцом Москвы, с ее архитектурой, перспективами и, конечно же, небом. Эти две линии особенно прослеживаются в его творчестве, это его фишка. Мои любимые работы в этом ключе — это «Маша на трубе» (2003) и «Восхождение» (2002). Последняя особенно меня вдохновляет в сложные минуты.


Я много раз присутствовала на его съемках. Он мастер импровизации, его отличительная черта — это способность раскрыть свою модель, будь то мужчина или женщина, он умеет, что называется, выжать из непрофессиональных моделей (а снимает он в основном художников и богему) ту эмоцию или тот сюжет, который ему нужен. Я знаю, что Борисов, снимая одну пленку за другой, всегда точно знает, какой именно кадр получился, и терпеливо ждет проявки, чтобы в этом убедиться.

Сергей Борисов. Восхождение, 2002.

Сергей Борисов. Маша на трубе, 2003.

Его особенный, метафорический язык фотографии дополняют названия работ, которые он придумывает. Я всегда обращаю внимание публики именно на этикетки, где есть название и год создания. Так работа «Школьницы» 1989 года приобретает совершенно иной смысл, превращаясь из эротической в провокационную.


Много лет наблюдая за работой отца, я не перестаю удивляться, как он тонко чувствует перемены в сознании людей. Он всегда идет даже не в ногу со временем, а опережает его, что делает его, безусловно, большим художником и выдающимся человеком своего времени.


Для меня лично Сергей Борисов — это учитель, который научил меня не только разбираться в искусстве и фотографии, но видеть и принимать разнообразие этого мира.

Сергей Борисов. Вободу, 2020.

Новая выставка Сергея Борисова отчасти ретроспективная — на ней представлено 50 работ разных лет, в том числе легендарные «Диалог» (1983), «Полет» (1988), «Студентка» (1993), «Танец перед стройкой» (1996). Сегодня эти фотографии обретают новое прочтение, где-то напрашиваются параллели с настоящим. Кто-то все еще ждет «Перемен» (2020), но понимает, что это «Наша утопия» (2020).

Сергей Борисов. Перемен, 2020.

Сергей Борисов. Танец перед стройкой, 1996.

Михаил Сидлин,
арт-критик, куратор

Никто не работает с телом, в особенности с женским телом, так, как Борисов. Сергей нашел типаж — «девушка из богемы». Он — певец нашей богемы: московской, питерской, российской. Он нашел свой способ съемки этой богемы в высоком ключе. Даже тех, кто в личном общении довольно тяжел и мрачен, Сергей умудряется показать весело и феерично, ярко и насыщенно. Он говорит о свободе при помощи фотографии, соединяет обнаженное тело и богемный дух.


Сергей не отрицает того, что вышел из Советского Союза, и он постоянно

обыгрывает это советское наследие в своих работах. Например, он снимает на крышах сталинских высоток молодых людей, новое поколение, которое не знало эпохи Сталина. Он хорошо понимает живой контраст — на его снимках люди выглядят ярче, а архитектура — иначе.


Можно назвать его фотографом эпохи постпанк: он как Вивьен Вествуд, берет руины империи, соединяет это предметное окружение с прекрасным телом, рекомбинирует, а на выходе получает свой стиль.


Сергей Борисов использует то, что и многие другие фотографы до него, но в таких сочетаниях, что итог становится только его, только «борисовским», и никто это не может повторить.



Сергей Борисов. Темпо, 1985.

Его творчество является редким примером актуального, но не «завербованного» искусства — оно не обслуживает «модные» дискурсы. Он Фигура, неудобная для критика и раздражающая коллег своей невписанностью в признанные схемы современного искусства. И при этом художник, без которого невозможно представить себе московскую фотографическую сцену последних десятилетий, будь то галерея портретов столичной богемы — знаменитых актеров, музыкантов, художников нонконформистов — или искусство плаката, скандальные выставки, эпатирующие публику.

Сергей Борисов. Танец с выходом, 2020.

Ольга Свиблова,
директор Мультимедиа Арт Музея

За почти полвека творческой жизни у Сергея Борисова было множество выставок. Его работы продавались самыми крупными художественными аукционными домами и находятся во многих музеях России и мира, в том числе в нашем музее. Видеоархивы Сергея Борисова до сих пор малоизвестны. Между тем они являются уникальными видеодокументами художественной жизни России 1980–1990-х годов, и их еще предстоит открыть. Именно это и сделает МАММ, открывая 7 июня юбилейную выставку Сергея Борисова в рамках 14-й «Фотобиеннале». Мы с трепетом и колоссальным интересом готовим этот подарок к 75-летию автора и 25-летию музея. Уверены, что выставка найдет отклик и у наших зрителей.

Сергей Борисов. Курильщики, 1987.

Выставка «Реконструкция» проходит в Ruarts Gallery до 10 июля 2022 года.



Текст

Мария Бакаева

{"width":320,"column_width":36,"columns_n":6,"gutter":20,"line":20}
default
true
320
762
false
true
true
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: EsqDiadema; font-size: 19px; font-weight: 400; line-height: 26px;}"}
Тэги: