Шесть великих русских режиссеров, которых нужно знать, чтобы поддержать разговор о театре

Художник-постановщик, расширивший зону своего влияния и начавший ставить культовые режиссерские работы. Сын знаменитого режиссера Анатолия Эфроса и театрального критика Натальи Крымовой, кажется, и не мог оказаться в другой карьерной роли. В своих работах Крымов искусно перерабатывает классические драматические тексты и очень внимательно и многогранно работает со сценическим пространством, поэтому про его постановки часто говорят: «Театр художника». Реквизит и декорации становятся отдельными активными участниками. Например, в архивном спектакле «Моцарт "Дон Жуан". Генеральная репетиция» (записи есть в открытом доступе) с потолка срывается огромная хрустальная люстра, рушатся стены и не раз выстреливает ружье, оставляя после себя красные брызги. Немалая доля происходящего в спектакле — импровизация или то, что сформировалось из нее на репетициях, поэтому почерк автора легко узнается в том числе по фирменной иронии, иногда сгущающейся до клоунады.

Сейчас количество его постановок, которое можно увидеть вживую, минимально: это «Сережа» по роману «Анна Каренина» в МХТ им. Чехова и «Парковка. ВСЁ ТУТ», восстановленный из оригинального спектакля «Школы современной пьесы», несколько видоизмененный и играющийся то на крыше, то на парковке торгового центра (и там, и там неподражаемая Мария Смольникова — также некоторый маркер режиссера).

Поэтому, оказавшись среди подкованной публики, не упустите возможность блеснуть: «Крымов — это редкий пример театра клоунады, где декорации не просто фон, а полноправные актеры, диктующие ритм действия».

Римас Туминас — режиссер литовского происхождения, получивший образование на режиссерском факультете ГИТИСа, ставивший спектакли параллельно в Москве и Вильнюсе и перенесший это чувство наблюдения за перемещениями сквозь время и слои реальности на театральную сцену. 15 лет он был художественным руководителем Театра Вахтангова, где поставил огромное количество спектаклей, которые до сих пор на сцене. Режиссер академически точно шел по тексту произведения, которое воплощал на сцене, делал это не спеша и даже медленно (чего стоят почти пять часов «Войны и мира»), оставляя классику практически нетронутой. При этом художественную реальность, созданную автором первоисточника, он наполнял своими фантазиями и атмосферой, юмором и фарсом.

Для знакомства с почерком Туминаса точно стоит обратить внимание на «Войну и мир», «Царь Эдип» и «Маскарад». В спектакле по тексту Лермонтова на сцене появляется огромная рыба. Не упустите момент в антракте (наибольший эффект будет достигнут за бутербродом с икрой) для рассуждений о символизме Туминаса: как именно эта рыба отражает путь режиссера между Москвой и Вильнюсом.

Режиссер — рок-звезда. К 30 годам он поступил на режиссерский факультет, и сразу его дипломный спектакль на пьесу Беккета «В ожидании Годо» получил «Золотую маску». Это парадоксальный психологический материал, и Бутусов работал в основном с подобными. Литературная основа зачастую разрушается, события и персонажи перемешиваются и воспроизводятся снова, оставляя первенство передаче эмоции и состояния. В основном это происходит через тревогу, внутренний конфликт героя и фарс. Выбор цвета в спектакле практически всегда ограничен черным, белым и красным. Запоминайте: это про смерть, очищение и страсть соответственно. Обыденно упомяните в разговоре, и вас непременно сочтут за театрала, только не перестарайтесь, чтобы не за душнилу. При этом режиссер никогда не ограничивал себя в музыкальном сопровождении — можно встретить все: от Шнитке, через Таривердиева и до нишевого дарк-эмбиента.

На московских сценах можно увидеть «Р» по гоголевскому «Ревизору» в «Сатириконе», «Барабаны в ночи» в театре им. Пушкина, «Бег» в Театре Вахтангова, а в Петербурге — особенно ажиотажный «Макбет.Кино», и «Город. Женитьба. Гоголь» в театре им. Ленсовета.

Самый молодой и самый современный режиссер из подборки. Его почерк довольно просто усмотреть: есть два характерных приема. Во-первых, он переводит классику в современность. Герои всегда живут где-то рядом с нами, возможно, даже в соседней квартире, но в исходных конфликтах. Шерешевский не отходит от лейтмотивов оригинального материала, но достраивает к классике пласт повестки (впроброс упоминаем в разговоре «интертекстуальность» режиссера). А во-вторых, он вводит в спектакль дополнительного актора, камеру, и с ее помощью детализирует акценты постановки на обрамляющих сцену экранах так, что зритель замечает даже минимальное подмигивание. С 2023 года Шерешевский является главным режиссером МТЮЗа, поэтому там можно увидеть многие его работы — например, «Марию Стюарт» по тексту Шиллера или «Дядю» по «чеховской» пьесе Семена Саксеева (драматургический псевдоним режиссера). Но не московской сценой едины — Шерешевский активно ставит спектакли на разных сценах страны, например в Псковском театре драмы («Ревизор») и в драматическом театре Удмуртии («Король Лир»). Поэтому, если вы хотите вобрать в себя все многообразие театрального опыта, непременно отправляйтесь на театральные гастроли «По местам Шерешевского».

Немного о Петербургской сцене. Лев Додин является наиболее строгим последователем наследия Станиславского. Принцип «я в предлагаемых обстоятельствах» он тщательно прививает актерам, репетируя с ними долго, исследуя аналогии между реальной жизнью актера и его ролевыми обстоятельствами, тем самым добиваясь не игры, а присвоения роли и существования действующих на сцене лиц наяву, ансамблево, единым организованным телом. И вы точно это почувствуете, даже если впервые столкнетесь с театром Додина. Отсюда натуралистичные декорации: если запущенный дом Раневской, то весь в пыли и занавешенный тканями; если колдовское озеро, то непременно с лодками по всему пространству сцены. Спектакли идут десятилетиями, но не устаревают, потому что изначально не привязывались к контексту, а шли по намеченному классикой пути.

Все, что поставлено, поставлено в Малом драматическом театре. Легендарными и обязательными к просмотру считаются «Три сестры», «Повелитель мух» и мимолетно вернувшийся на сцену «Вишневый сад» с одним из самых звездных составов в театрах сейчас (Раппопорт, Козловский, Черневич, Боярская) — роскошный антрепризный максимум.

У нас есть Роберт Уилсон дома: Андрей Могучий — режиссер, романтически вышедший из закрытой лаборатории, чуть ли не подвальной, но точно подпольной, эпохи 1990-х. Он не ушел в акционизм, но забрал из этого времени экстравагантность и риск, превращая его в абсурдный сюрреализм на сцене БДТ. Поэтому в его спектаклях первичной является форма: эстетика пространства, времени и тела. Даже в своем репетиционном подходе он сначала простраивает все сценическое действие, а уже после садится с актерами за стол и разбирает текстовую базу. Визуальная партитура у него задает драматургию, а текст становится вторичен. Это можно выписать куда-то для важных разговоров.

Также, имея опыт работы в музыкальном театре, режиссер акцентирует свое внимание и на музыкализации действия. В «Грозе», например, одного из персонажей играет, а точнее сказать, исполняет оперный певец, полностью вокализируя свое присутствие на сцене.

Занимая кресло художественного руководителя БДТ, Могучий формирует вокруг себя среду, близкую ему как по духу (это режиссеры-бунтари, отходящие от классической драмы, экспериментирующие и не пытающиеся понравиться и быть понятными), так и по эстетической составляющей спектакля, — яркую, провокативно говорящую через визуал. С режиссером советую знакомиться через «Губернатора», удостоившихся всевозможных наград «Холопов» и «Грозу».