РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Из варяг в печенеги: кто, как и откуда привозит люксовые вещи и санкционные товары

Пока западные державы наказывали Российскую Федерацию при помощи санкций, модные дома карали столичных красавиц, лишая их любимых брендов. Однако оказалось, что светскую тусовку, у которой есть запрещенные соцсети, рынок «Садовод» и китайские маркетплейсы, так просто не возьмешь – по крайней мере, так считают корреспонденты «Правил жизни», отправившиеся в тайный мир поддельных сумок и параллельного импорта. Не обошлось и без божественных откровений.
Из варяг в печенеги: кто, как и откуда привозит люксовые вещи и санкционные товары

Шел март 2022 года, и Маргарите (имя изменено по просьбе героини. — «Правила жизни»),  русской девушке, давно живущей в Милане, срочно потребовался новый айфон. У старого слишком быстро садилась батарейка — он не выдерживал такого количества сообщений в Instagram . Чем тревожнее становились новости с родины, тем чаще Маргарите писали соотечественники, пока наконец поток не превратился в лавину. Соотечественники были в ужасе. Но пугала их вовсе не угроза мировой войны, как можно было бы предположить. Им было страшно за модную индустрию.

Маргарита — байер. В запрещенной соцсети у нее в основном фотографии модной одежды, сумок, обуви — все это она перепродавала клиентам из России. Уже в марте из-за спецоперации весь цвет модной индустрии от Louis Vuitton до Gucci принялся закрывать свои бутики в крупных городах России. Потом подключились правительства: Соединенные Штаты и Евросоюз запретили экспортировать в Россию предметы роскоши — всего 22 категории товаров, причем роскошью считается все, что дороже 300 евро.

Пока одни жители Москвы потерянно ходили вокруг пустых бутиков, другие решили сражаться за доступ к любимым брендам до последнего и принялись писать байерам — таким, как Маргарита или Виктория (имя изменено по просьбе героини. – «Правила жизни»), снабжающим соотечественников тяжелым люксом с еще допандемийных времен.Виктория старательно избегает любых подробностей, которые могли бы выдать ее клиентов (всем, чем может, делится в телегам-канале). Она рассказывает: «Ко мне обращаются люди, которые следят за новыми тенденциями в моде и предпочитают эксклюзивные экземпляры. Добыть такие — достаточно нетривиальная задача, но я приятельствую со многими менеджерами бутиков. Если товар есть в Италии, они его для меня находят, если нет — посылают запрос в бутики по всему миру, и через два или три дня заказ оказывается у меня. О том, как за такие заказы платят, какими тайными тропами вещи попадают в Россию и как оказываются у своих владельцев, Виктория умалчивает и готова сообщить только одно: "Встреча с объектом мечты неизбежна".

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
Иллюстратор Мария Владимирова
Иллюстратор Мария Владимирова
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ



Зато этими подробностями с удовольствием делится столичная модница Саша Ушакова, которая устроила сервисам доставки настоящий краш-тест. В одной компании (на аккаунт которой в запрещенной в России социальной сети Instagram подписано 170 тысяч человек) Ушаковой описали финансовую сторону вопроса так: «Ну вы же в курсе, банки не переводят. Поэтому работаем максимально просто: либо кэшем в долларах передадите в момент доставки в Москве, либо переводом через криптовалюту». Но заплатить — еще не значит завладеть. У другой компании покупки Ушаковой после оплаты потерялись на несколько месяцев. В ответ на праведный гнев пришла угрожающая записка следующего содержания: «Таможня разворачивает почти все посылки байеров, отправляю с интервалом и на разные данные. Согласитесь, лучше ведь подождать, чем вовсе не получить».


В эти апокалиптические времена многие меняют свои потребительские привычки — например, соосновательница телеграм-канала «Антиглянец» Юлия Пош. До начала спецоперации к ее двери то и дело выстраивались целые очереди курьеров из модных онлайн-магазинов. Но не теперь. «Я стала в целом более осознанно подходить к шопингу, — признается Пош. — Когда приходится столько ждать, сто раз подумаешь, а так ли тебе это надо? Особенно летом – пока доставят, теплая погода уже пройдет». Кроме того, Пош теперь принципиально не покупает когда-то любимую Balenciaga — за то что бренд занял в отношении России исключительно жесткую позицию. Для всего остального она пользуется услугами байера Евгении, у которой есть своя фишка — команда Евгении снимает весь процесс покупки: как байер заходит в магазин, как подходит к полке, как расплачивается на кассе, и отдельно — чек крупным планом: нечто вроде консюмеристского порно. Пош хвалит Евгению за «фантастическую скорость доставки» — однажды, когда потребовалась редкая модель сумки Vanity Pm Louis Vuitton, Евгения раздобыла ее и доставила из Италии в Москву за два дня. Как это возможно, если так быстро не работали даже гиганты Farfetch и Matches Fashion с их развитой логистической цепью? Байеры не любят об этом говорить, но объяснение простое: вещи везут в чемоданах, как это делали в 1990-е челноки.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

За скорость и редкость товара полагается и наценка — Маргарита, например, берет от 10% до 40%, Вика — от 3% до 8%. А вот представители одного из недавно появившихся сервисов трансграничной доставки запрещенных брендов слова «челнок» и «байер» не любят: «Мы не челноки, мы работаем исключительно в правовом поле». Проект пока работает в пилотном режиме, через чат в Telegram, но в нем уже видна будущая инфраструктура, которая неизбежно вырастет вокруг непреодолимой любви россиян к тяжелому люксу. Как пишут в рекламных постах, доступный ассортимент варьируется «от Zara до Chanel». Называется сервис Berezka — в честь легендарной сети советских магазинов, тоже работавших в правовом поле — правда, исключительно за иностранную валюту, которую простым трудящимся модникам достать было негде.


Еще в марте, испытывая острую обиду на ушедший с российского рынка бренд Chanel, Саша Ушакова пошла на невообразимый для нее поступок: заказала поддельную поясную сумку. Идея пришла ей в голову после того, как она несколько раз наткнулась в популярных светских телеграм-каналах на рекламу услуг байера из Китая, якобы привозящего вещи с фабрики, где шьют для Chanel – и таким образом неотличимые от оригинала во всем, кроме цены. Ушакова обсудила с продавцом будущую покупку, перевела ему на карту 19 тысяч рублей, что для подделки довольно дорого, и стала ждать. Прошел месяц. Ей привезли сумку в упаковке, очень похожей на стандартную упаковку Chanel. Но этим сходство и ограничилось: едва Ушакова сняла чехол, как тут же почувствовала характерный запах пластика и клея, напоминающий о дешевом вещевом рынке. Кривое дно, странные, ни на что не похожие застежки – если на этой фабрике и шили что-то для Chanel, то явно с большим старанием, чем для бедных российских модниц. Больше Ушакова не рисковала связываться с подделками.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ


Тем не менее и байеры, и создатели новых онлайн-сервисов убеждены, что без роскоши россияне не останутся. И здесь можно вспомнить, как Эрнест Хемингуэй издевался над бедным Фрэнсисом Скоттом Фицджеральдом в «Снегах Килиманджаро»: «Богатых он считал особым великолепным родом людей, и когда обнаружил, что они не такие, это его сломало». Фицджеральд там замечает: «Богатые люди совсем не похожи на нас с вами». «Да, – отвечает ему Хемингуэй. — У них больше денег».

«Я человек горный, ни минуты в жизни не работал. С начала февраля через молитвы, через старания пришел к тому, что начал продавать сумки», — сообщает обаятельный владелец лавки с сумками на московском рынке «Садовод». После ухода из страны крупных западных брендов и без того популярный вещевой рынок ощутил новый наплыв клиентов. Тут можно найти все — от сумок и обуви до корейской косметики и тысячи мелочей – как в розницу, так и оптом. На «Садоводе» оптом закупаются и небольшие онлайн-магазины, которые потом делают модную съемку для запрещенной в стране соц­сети Instagram и перепродают вещи втрое дороже. Оптовые продажи небольшим онлайн-точкам – основная статья дохода и для владельца «сумочной» лавки.

Первое, что встречает посетитель «Садовода» в бесконечных вещевых рядах, – это кроссовки. На полках видны узнаваемые силуэты Adidas, Nike, New Balance и других спортивных кроссовок. Пока Канье Уэст обвиняет Adidas в плагиате его шлепанцев Yeezy, на «Садоводе» их копию можно приобрести за 800-1300 рублей – в зависимости от наличия логотипа бренда и сговорчивости продавцов. Этим летом такие шлепанцы самый ходовой товар, говорят владельцы лавок. Наравне с подделками под Yeezy Boost 350 и Nike Air Force 1.

Обувь на рынок везут из Китая, возможно, поэтому проблем с поставками на «Садоводе» не ощущают. На ярлычках некоторых пар обуви изготовителями значатся Вьетнам или Индонезия, но шьют их все равно в КНР. «Вы не думайте, китайцы отлично научились шить кроссовки, – уверяет один из продавцов и добавляет любимую мантру работников оптовых рынков: некоторые поставки у нас с тех же фабрик, где оригиналы шьют».
Не весь контрафакт одинаков. Владелец одного из магазинов охотно показывает разницу. «Эйрфорсы» здесь можно купить за полторы тысячи рублей или за три. В первом случае вы получите низкокачественную пару из синтетики и картона, которая может развалиться через две недели. Во втором — кроссовки из кожи, сшитые более аккуратно. Дешевую копию, по словам продавца, он держит для наглядности – мол, вот что такое действительно плохая подделка. Разного качества Yeezy стоят три и шесть тысяч рублей соответственно. Есть разница и в ценах на сумки – так, местные версии сумки Jacquemus Chiquito стоят от 2600 рублей — из кожзама (который здесь ласково называют экокожей), до кожаных за 4000 рублей. Однако претензий на брендовость и оригинальность товара у продавцов нет — как, видимо, и у их покупателей.

Под точные копии премиальных брендов на «Садоводе» выделена отдельная линия – №5, носящая гордое название Fashion Street, похожая пусть не на европейский аутлет, но как минимум на его реплику. На полках выставлены сумки под брендами Dior, Celine, Gucci, Prada, Bottega Veneta, Hermes. С пыльниками и полагающимися бирками. «Производство Киталия!» – смеется продавец. Ценник начинается от 15 тысяч (против двух тысяч на аналогичные товары в «дешевых» рядах). А самая дорогая «реплика» – сумки Hermes Kelly – обойдется в 160 тысяч рублей. Стоимость продавцы оправдывают «полностью ручной работой». И предлагают подписываться на их каналы в Telegram, где доступен весь ассортимент и регулярно публикуются сообщения о новинках.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ



Однако ассортимент «Садовода» не сводится к разного качества контрафакту. Примерно половина товаров – от ноунейм-производителей из стран ближнего и дальнего зарубежья. Мужские сорочки и костюмы, турецкие джинсы (а Турция тут считается особым знаком качества), пиджаки даже трендовых оттенков – от Bottega Green до Valentino Pink, с названиями со страниц модных изданий. Костюмы, по заверениям продавщицы, шьют в России – но на бирке значится «сделано в Кыргызстане». Владелица лавки утверждает, что это не обман, а намеренная хитрость – мол, за российское производство в силу особенностей законодательства продавцам приходится переплачивать, поэтому сшитое на локальных фабриках называют киргизским, узбекским или казахским. Но проверить ее слова или узнать, где на самом деле произведена вещь, не представляется возможным.
Те же самые вещи продаются на популярных онлайн-маркетплейсах вроде Wildberries и Ozon, а ассортимент напоминает то, что выставлялось в Zara (подделки испанского массмаркета на «Садоводе тоже есть») и других магазинах, к которым привыкли москвичи в торговых центрах. Новая реальность, стирающая границы между крупными онлайн-магазинами и оптовым рынком на юго-востоке Москвы, становится все ощутимее. В конце июня «Коммерсант» сообщил, что крупные площадки начали выставлять предложения от брендов, официально свернувших свою деятельность в РФ. Согласно публикации, «Яндекс.Маркет» объявил о поиске новых каналов поставок бытовой техники, электроинструментов и электроники, а также товаров для здоровья. Ozon, в свою очередь, уже начал ввозить на склады продукцию Apple. А о возможности завозить в РФ через параллельный импорт продукцию бренда Coca-Cola (также объявившего об уходе с российского рынка) заявил в интервью ТАСС и уполномоченный при президенте РФ Борис Титов. Однако крупные онлайн-ретейлеры намерены тщательно следить за качеством продукции, поступившей через параллельный импорт: так, работающим на площадках продавцам необходимо предоставить доказательство оригинального происхождения товара, а также подтверждения всех транзакций.

По оценкам экспертов, в первую очередь в страну попадут бытовая техника, электроника, косметика, парфюмерия и одежда, а цены на них вырастут на 5-50%, по сравнению с началом года. Не исключены, впрочем, и разного рода трудности — по крайней мере, в первое время. Так, в июне «Известия» сообщали о проблемах с телефонами Samsung, ввезенными в РФ параллельным импортом. Оказалось, что активировать новый телефон с российской SIM-картой, невозможно. И покупателям приходится или пользоваться SIM-картой другой страны (куда Samsung еще официально поставляет телефоны), или обращаться в сервисный центр, доплачивать 5 тысяч руб­лей и ожидать своей очереди в течение двух недель.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
Загрузка статьи...