Шуба на заказ, «Маленькая Вера» и «Авито»: как придумывали костюмы для героев «Нулевого пациента»

«Нулевой пациент» Сергея Трофимова и Евгения Стычкина, рассказывающий о драматичных событиях после обнаружения первой вспышки ВИЧ в СССР, стал одним из самых обсуждаемых сериалов сезона. О том, как шла работа над костюмами ключевых героев и воссоздавался аутентичный стиль конца 1980-х, в интервью киножурналисту Катерине Крупновой рассказала художница по костюмам Екатерина Дыминская.

1980-е близко

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Поскольку 1988-й год — относительно недавнее прошлое, много вещей той эпохи прекрасно сохранилось и их не так сложно найти. Девяносто процентов одежды героев — из подбора. Что-то мы брали в аренду на студиях, многое покупали на блошиных рынках и в винтажных магазинах. Ну и, конечно, Avito — незаменимый источник аутентичных вещей как из Москвы, так и из регионов. Кстати, в открывающей сцене шестой серии мы видим рынок, где продаются футболки с символикой СССР. Из них подлинные только две, остальные — современная продукция, которую выпускают в промышленных масштабах. Главное отличие аутентичных вариантов от современных (цвета и яркость идентичны) — в резинках на горловине и рукавах, но этот нюанс зрительскому глазу незаметен.

Дубленка для Снегурочки

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Дубленку, в которой Алена (Елизавета Шакира) прилетает в Элисту, пришлось шить с нуля. Режиссеры (Сергей Трофимов и Евгений Стычкин) хотели, чтобы героиня выделялась на фоне скромно одетых местных жителей, была этакой столичной штучкой. Поэтому решили одеть ее в дубленку серо-голубого цвета а-ля Снегурочка. Это не анахронизм: такие дубленки встречались в конце 1980-х, но, безусловно, были не так распространены, как например, коричневые. Хотя это невыкрашенная шкура — самый простой и натуральный цвет. Мне удалось найти несколько оригинальных дубленок нужного оттенка, но они были слишком изношены и для гардероба модницы Алены не годились. В итоге за какие-то смешные деньги я купила винтажный вариант подходящего кроя и несколько шкур, отдала их мастеру, который сшил по лекалам старой дубленки новую.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Femme fatale в брюках

Еще один предмет гардероба Алены, сшитый на заказ, — комбинезон из сцены вечеринки в московской квартире Гончарова, где зритель впервые встречает героиню. Мы перемерили множество вариантов. Очень понравился винтажный фиолетовый комбинезон с подплечниками и рукавами семь восьмых. Однако режиссеры, влюбившиеся в цвет, посчитали закрытый верх слишком скромным для яркой студентки и попросили придумать более сексуальный вариант. Оригинальный комбинезон был сшит так, что переделать его было нельзя. Я купила ткань такого же оттенка и сшила более открытую и соблазнительную версию. Перед такой девушкой герой Никиты Ефремова устоять не смог. Вообще Лиза Шакира, со светлыми глазами, темными широкими бровями и волнистыми волосами (это уже для роли ей сделали мелкие кудри), типажно напомнила мне Брук Шилдс, и образ голливудской звезды 1980-х стал визуальным референсом для героини. Отсюда женственность, идущая через маскулинный стиль в одежде. Алена — девушка брючная (в приоритете — джинсы), в то время как вторая главная героиня, медсестра Зина (Виктория Агалакова) из Элисты, предпочитает женственные юбки.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Игра в «Маленькую Веру»

Когда мне на глаза попалась кофточка, так похожая на ту, что носила Наталья Негода в культовой «Маленькой Вере», я сразу же решила, что она обязательно должна «сыграть» в сериале. «Маленькая Вера» — определяющий фильм той эпохи, и почему бы не сделать ему такой вот буквальный оммаж? Режиссеры идею одобрили. И в итоге Зина надела кофту в сцене, в которой медработники веселятся в клубе. Кстати, я нашла несколько вариаций на тему культовой кофточки: в бело-сиреневую и бело-изумрудную полоску, но остановилась именно на бело-красной, как в оригинале. Такая вот дословная визуальная цитата.

Герой нуара

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Главным источником вдохновения для Дмитрия Гончарова (Никита Ефремов) стал Микки Рурк в «Сердце ангела». Действие голливудского хита происходило в середине 1950-х, но время съемок (1987 год) легко считывалось в силуэтах. Такой микс эпох в кино неизбежен. Плащ и пальто Никиты — отсылка к образу Гэрри Энджела, но не буквальная. Тут референс был скорее в части ощущения, настроения. Некая свислость, вообще свойственная 1980-м, и объемность.

Пришелец из 1970-х

Большую часть экранного времени Игорь Карахан (Евгений Стычкин) проводит в свитере крупной вязки и коричневой дубленке. Изначально я планировала, чтобы герой носил зимнюю куртку а-ля пилот, но Женя Стычкин вбежал в костюмерную, схватил дубленку 1970-х, предназначавшуюся для массовки, и не захотел с ней расставаться. Хоть я и уверяла, что в этой коричневой дубленке он похож на Женю Лукашина из «Иронии судьбы», Стычкин был непреклонен. Вот так модный фотограф носит дубленку, явно разменявшую второй десяток. Хотя в дефицитное время вещи действительно носили годами.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Поиски и трудности

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Больше всего вариантов и примерок у нас было для Нади (Анастасия Грачева), жены Климы и любовницы Ивана. Режиссеры долго не могли определиться, кто она больше: строгая учительница или роковая женщина, любовница мужа своей коллеги и подруги? В итоге по вещам она получилась нейтральной, а роковую натуру подчеркнули цветом — бордово-красным плащом. 

А еще было непросто превратить Евгению Манджиеву (она сыграла Гиляну), модель мирового уровня, в скромную учительницу из Элисты. Рост Евгении —180 см. Все оригинальные вещи были ей коротки. Я нашла трогательное пальто в клеточку, но, как мы ни старались, рукава все равно были семь восьмых. Потом решили смириться, и такая «подстреленность» даже легла на образ несчастной Гиляны. Вдобавок Евгения невероятно стильная по своей природе, и, в какую бы затрапезную одежду мы ее ни одевали, все равно казалось, что она только что вышла с показа Prada. В этом плане главной проблемой было найти халат для драматичной сцены в больнице, когда Гиляна узнает о смерти сына. Я предлагала страшные, потертые и дырявые варианты, но режиссеры говорили, что все равно это слишком красиво. Тогда я взяла самый уродский халат и покрасила его в мерзкий серый цвет. И, о чудо, он их устроил. Тот случай, когда ты смотришь на вещь и понимаешь, насколько она ужасна, но необходима для героини и сцены.