РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Режиссеры Аарон Мурхед и Джастин Бенсон — о фильме «Сверхъестественное: Знаки» и о забракованных идеях

В российском прокате все еще идет фильм «Сверхъестественное: Знаки» — удивительная смесь фантастики, хоррора, триллера и комедии, которая весь год гремит на самых разных фестивалях, от «Сандэнса» до ММКФ. Недавно режиссеры этого фильма Аарон Мурхед и Джастин Бенсон были номинированы на престижную премию Independent Spirit Award. Теперь они могут получить приз имени Джона Кассаветиса, который вручают за наивысшие достижения в независимом кино. Но что особенно ценно, Мурхед и Бенсон — редкие американские режиссеры, которые, несмотря на контракты с Disney и Netflix, продолжают общаться с российскими зрителями и журналистами. Запоздало публикуем интервью Егора Москвитина с ними.

Ваш фильм попал на «Сандэнс», и хочется и поздравить вас с этим и посочувствовать вам. Поздравить, потому что вы мечтали о «Сандэнсе» десять лет. А посочувствовать, потому что в последний момент его из-за пандемии перевели в онлайн. Но в итоге вы с фильмом побывали на самых крутых хоррор-фестах мира вроде Sitges и Fright Fest. Говорят, там безумные вечеринки: марши зомби, карнавалы, все такое. Какой фестиваль вам запомнился больше всего?

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Аарон: Да, с «Сандэнсом» нам не везет. (Смеется.) А самое яркое воспоминание — это, как ни странно, показ на Beyond Fest. Это фестиваль в Лос-Анджелесе, где собственно и снимался фильм.

Джастин: Да-да, и поэтому у всех было настроение: сейчас покажут историю про нас! В фильме много шуток о том, каково это — быть «анжелинос». И много узнаваемых городских образов, которые мы показываем в сверхъестественном ключе. Поэтому зрители были настроены очень тепло, по-соседски.

Вы и сами были соседями в многоквартирном доме, насколько я знаю. И поскольку ваши герои тоже соседи в точно таком же доме, и их играете вы сами, и в фильме даже есть ваши детские видео, то у меня есть теория по поводу его смысла. Она долгая, приготовьтесь.

В общем, все ваши картины — про время, дружбу и свободу воли. В «Паранормальном» есть временные петли. В «Ломке» два наркозависимых пытаются спасти друг друга от опасных видений. В «Весне» бессмертное существо решает стать смертным ради любви. А в «Грани времени» два напарника из скорой помощи узнают, что путешествия во времени — реальность.

Так вот. Что, если ваш новый фильм, в котором два неудачника решают снять документалку про сверхъестественное, — это история про вас самих в параллельной реальности? Где вы не стали крутыми режиссерами, за которыми гоняются Disney и Netflix. То есть фильм — как бы экранизация вашего страха не состояться в профессии и загубить свою дружбу.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Аарон: Вы летаете слишком близко к солнцу. (Смеется.) Конечно, у нас есть личная привязанность к этим героям, которые решают стать кинематографистами, чтобы снять, по их собственным словам, «самый важный фильм в истории человечества». При этом они не знают, как вообще делать кино, и у нас тоже был такой период. Но есть ли здесь какая-то более глубокая психологическая связь, не знаю, надо подумать. В общем, у меня нет ответа, но все равно напечатайте этот вопрос, он классный. (Смеется.)

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Джастин: А у меня есть. Смотрите. (Показывает свой телефон, на чехле которого написано: «Суть в том, чтобы делать кино вместе с друзьями».)

«Сверхъестественное. Знаки»
«Сверхъестественное. Знаки»

Ну, попытаться стоило! А какой была ваша жизнь до того, как вы встретились? Кажется, это было в компании Ридли Скотта — вы там оба стажировались.

Джастин: Для меня это было подработкой. Я готовился к поступлению в медицинскую школу, для этого нужно было пройти курсы и сдать вступительный экзамен. И вот в это время я стажировался в кинокомпании, но в целом план был другой.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Аарон: А я только-только выпустился из киношколы в своей родной Флориде и устроился интерном в фирму к Ридли Скотту. Как вы верно заметили, мы были стажерами, то есть нам не платили. Поэтому, чтобы платить по счетам, я подрабатывал оператором и мастером по спецэффектам на очень дешевых картинах.

Да, знаю! Вы были оператором в совершенно трешевом сериале по мотивам моей любимой компьютерной игры Fallout.

Аарон: Между прочим, это были очень веселые времена! Но главное — это то, что в первый же день стажировки я встретил Джастина. Он был важной птицей, то есть таким же стажером, но проработавшим чуть подольше. (Смеется.)

Надо сказать, в новом фильме вы очень прокачались как актеры. То есть если в «Паранормальном» казалось, что вы сами беретесь за главные роли, потому что это бюджетное DIY-кино, то теперь видно, что этих героев попросту никто не сыграл бы лучше. Не думаете продолжить актерскую карьеру и играть в чужих фильмах?

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Джастин: Вообще, надо попробовать, мы открыты для предложений. Но тут ведь какое дело: мы чувствуем себя естественно в кадре только тогда, когда вся история находится под нашим контролем. Все-таки наше основное занятие — писать, снимать, монтировать, продюсировать. Когда у вас столько работы, времени прослушивать актеров уже не остается — вот мы и нанимаем самих себя. (Смеется.)

При этом в «Грани времени» у вас играют суперзвезды Энтони Маки и Джейми Дорнан. От чего зависит, оставите вы роли себе или позовете других актеров?

Аарон: Вовсе не от бюджета, если вы об этом. (Смеется.) Не то чтобы мы такие: «Ой, это слишком дешевый фильм, мы не можем позволить себе звезд, давай играть сами». Тут скорее другая сторона медали: если фильм оказывается масштабным и дорогим, то в нем просто не будет места для нас. Мы же не звезды. Но некоторые истории, как «Паранормальное» и «Сверхъестественное: Знаки», мы выстраиваем вокруг себя, поэтому в них не может быть других актеров. Пока что у нас всего по две большие роли, хотя огромное количество актеров скажет вам, что это очень много. Люди в Голливуде вынуждены ждать главной роли годами. А нам просто нравится играть в своем кино.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
«Сверхъестественное. Знаки»
«Сверхъестественное. Знаки»

А где вам интереснее и комфортнее: в мире студийных проектов вроде «Локи», «Лунного рыцаря» и «Архива 81» или на территории DIY-кино? Мне показалось, что «Грань времени» была чем-то посередине. Таким поиском компромисса.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Аарон: Свои плюсы есть и там и там. Как и свои вызовы. Главное, что и то и другое нас будоражит, а не пугает. Одновременно со «Сверхъестественным» мы делали крупный проект — точнее, «Сверхъестественное» уже было на постпродакшене, а другой проект заходил в съемки. И бывало, что мы возвращались с этих съемок абсолютно измотанными, садились за монтаж «Сверхъестественного» и как будто бы перезаряжались. И на следующий день у нас снова было полно сил. Так что разные проекты могут создавать симбиоз и помогать друг другу.

Вы в одном интервью сказали, что столько раз были на питчингах и продюсеры похоронили столько ваших идей, что хватит на целое кладбище. В этом смысле вы как Марк Фрост и Дэвид Линч, идеи которых до «Твин Пикса» тоже только и делали, что браковали. Можете вспомнить какой-нибудь питч, который вам особенно дорог?

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Аарон: Боже, отличный вопрос!

Джастин: Давай расскажем про сериал об Алистере Кроули?

Аарон: Да, безумная была идея!

Джастин: Мы хотели, чтобы это был не традиционный байопик, а что-то вроде «Ночей в стиле буги», только в Викторианскую эпоху. Для одних Кроули был поэтом и мистиком, для других — черным магом и сатанистом. Мы очень много времени потратили на этот проект, так что и за полчаса вам всего не рассказать. Но в итоге кое-что из наших идей воплотилось в «Сверхъестественном»! 

«Сверхъестественное. Знаки»
«Сверхъестественное. Знаки»
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Забавно, что в «Паранормальном» ваши герои спорят о том, как назвать свою документалку. У вас такие ссоры бывали?

Аарон: Не думаю, нет.

Джастин: Мы всегда мыслим синхронно. (Смеется, шутка в том, что Synchronic — название фильма «Грань времени».)

Аарон: Но вообще, придумывать названия для низкобюджетных фильмов — это настоящая наука, своего рода бейсбол! Во-первых, оно должно быть уникальным, но в то же время в чем-то знакомым. Во-вторых, лучше бы ему начинаться на букву «а», «б» или «в», иначе зритель до него просто не доберется. Мы поначалу верили в эти правила, но потом решили, что их можно нарушать.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Джастин: Вспомнил, один раз у нас были споры. Мы снимали эпизод для одного сериала. И Аарон решил: а почему бы не поменять название. И я ему говорю: пожалуйста, не надо переименовывать «Сумеречную зону». (Смеется.)

Очень хочется, чтобы ваша картина встала в один ряд с фильмами о мифах и секретах Лос-Анджелеса, такими как «Малхолланд-драйв», «Под Сильвер-Лейк» и «Черная орхидея». У вас самих есть любимые городские легенды?

Аарон: Конечно. Первое, что приходит на ум, — легенды про Лорел-каньон. Это место, где мы живем и где происходит действие фильма. И если вы загуглите Laurel Canyon Conspiracy, то обнаружите много всего интересного! Если вкратце, огромное количество поп-звезд 1960–1970-х почти одновременно появились в этих местах словно бы из ниоткуда, и впоследствии выяснилось, что многие из этих людей, которые в итоге выступят против Вьетнамской войны, — сами выходцы из семей военных. А еще всем не дает покоя, что некоторые из этих знаменитостей умерли молодыми и при странных обстоятельствах. И да, почти все они экспериментировали с ЛСД. В общем, Лос-Анджелес — город загадок!

И ваш фильм — путеводитель по этим загадкам. Удачи в прокате!

Оба: Спасибо!

Загрузка статьи...