РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Лучшие книги 2022 года: выбор писателей

Лучшие современные авторы — от Марины Степновой и Яны Вагнер до Алексея Сальникова и Павла Пепперштейна — выбрали по одной книге года.
Теги:
Лучшие книги 2022 года: выбор писателей
Правила жизни
Топ-45 книги года: выбор писателей
Содержание статьи

«Правила жизни» расспросили 48 русскоязычных писателей и писательниц о главной книге, прочитанной в уходящем году, — оставившей самое яркое впечатление, перевернувшей все с ног на голову, лучше всего написанной, сообщившей что-то очень важное. Мы просили сообщить название, автора и написать буквально одно предложение о ней, но если автор писал больше — не сокращали и даем в полном виде. Своими литературными впечатлениями поделились лучшие современные авторы — от Марины Степновой и Яны Вагнер до Алексея Сальникова и Павла Пепперштейна.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Джованни Боккаччо, «Декамерон»

Джованни Боккаччо, «Декамерон»
Правила жизни

Евгений Бабушкин («Библия бедных», «Пьяные птицы, веселые волки»):

"Книга года — «Декамерон». В стране чума, тысячи звереют и гибнут, а мудрые дамы и благородные юноши уезжают за город, чтоб рассказывать про любовь. Одна надежда — наши сказки нас переживут».

Денис Джонсон, «Сны поездов»

Денис Джонсон, «Сны поездов» 
Перевод: Сергей Кумыш
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Вера Богданова («Павел Чжан и прочие речные твари», «Сезон отравленных плодов»):

"Короткий, по-платоновски честный роман о жизни американского работяги в первой половине XX века. Дважды финалист Пулитцеровской премии, Джонсон написал о выживании, одиночестве, хаосе и смерти — всегда внезапной и подчеркивающей мимолетность человеческого существования. Жизнь несет героев Джонсона горным потоком, ломает их тела о скалы, вышвыривает на берег.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Роман вышел на русском вовремя — в момент, когда о хаосе и мимолетности так или иначе думали все. И возможно, «Сны поездов» остались моим самым большим литературным впечатлением в 2022 году».

Джонатан Франзен, «Перекрестки»

Джонатан Франзен, «Перекрестки» 
Перевод: Юлия Полещук
Правила жизни

Яна Вагнер («Кто не спрятался», «Вонгозеро»):

"Перекрестки, которых мы все так ждали, — довольно невыносимая история о том, что нелюбимые и неважные родителям дети никогда не вырастают и только передают эту нелюбовь дальше, как эстафету.

Написано великолепно, как и все у Франзена, но читать нелегко — во многом из-за безнадежной уверенности автора в том, что этот круг разорвать нельзя, и если ты был несчастлив в детстве, то и не видать тебе счастья, и детям твоим, и их детям. Настолько бессильный, усталый угол зрения, что уже и не американский как будто.

Какая грустная ирония: если задуматься, большой американский роман в XXI веке добрался-таки до русского классического уровня фатализма. Надежды нет нигде, даже в Новом Свете, и куда ходить теперь за ней, непонятно».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Александр Иличевский («Исландия», «Чертеж Ньютона»):

"Этот текст — образец писательского мастерства, выполненный всем на диво (мне кажется, по нему можно преподавать целый семестр класс creative writing), но вдобавок это произведение апеллирует к лучшим образцам интроспективных книг. Это такая смесь Толстого и Фолкнера, причем ничуть не хуже их обоих, представленная читателю с кристальной ясностью, которой, посмею это сказать, этим двум писателям иногда не хватало. Хорошо это или плохо — вопрос слишком глубокий для краткого отзыва, скажу только, что мне лично неизъяснимость ближе. Другое дело, что Франзену чудом удалось кристальность соединить с колоссальными глубиной и объемом, и это редчайший случай полной удачи. За такие книги дают Нобелевку. Единственное, чего мне не хватало в этом тексте, — это мест, в которых автора несет, когда он теряет голову ради профетического результата. Как, например, в моем любимом романе «Жизнь и время Михаэля К.» Джозефа Кутзее».

Флориан Иллиес, «Любовь в эпоху ненависти. Хроника одного чувства, 1929–1939»

Лидия Чуковская, «Софья Петровна»

Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Ксения Буржская («Зверобой», «Шлюзы»):

"В этом году у меня несколько важных книг. Прежде всего «Любовь в эпоху ненависти» Флориана Иллиеса. О той секунде между прекрасным прошлым и невыносимым будущим. Еще перечитала «Софью Петровну» Лидии Чуковской и вообще все у нее. Она великая писательница».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Татьяна Замировская, «Смерти. net»

Евгения Некрасова («Калечина-Малечина», «Кожа»):

Татьяна Замировская, «Смерти. net»
Правила жизни

В самом начале 2022-го (19 января, проверила по записи в фейсбуке) я дочитала «Смерти. net» Татьяны Замировской. Этот роман по-прежнему остается для меня одним из главных написанных на русском языке за десятилетие точно. Его и назначу своей книгой года. «Смерти. net» сложный, увлекательный, феминистский, концептуальный, антиавторитарный. Это текст, где все отлично и с языком, и с сюжетом, что редкость в русскоязычной литературе по-прежнему. В «Смерти. net» крутые, объемные и сложносочиненные герои: и главная героиня, и второстепенные персонажи. Текст очень визуальный, там много оригинальных, незабываемых сцен и образов вроде путешествия героини внутри механической собаки и персонажа — бабки, восстановленной по воспоминаниям умерших кошек. Роман этот чрезвычайно недооценен премиями и, как я понимаю, критиками. Но в финале адского 2022-го это едва ли обстоятельство. Книга есть и становится только актуальнее и важнее. «Смерти. net» описывает опыт жизни в послесмертии, а на самом деле авторка вложила туда свой эмоциональный, интеллектуальный опыт иммиграции (Замировская из Беларуси, но уже много лет живет в Америке). Ведь отъезд из родной страны — это словно маленькая смерть или средняя смерть. Ты живешь, вовлекаешься в адаптацию, быт, новые неизбежные коммуникации, но будто не существуешь больше в прежней своей реальности и переписываешься с тамошними своими людьми только онлайн, как это делает главная героиня «Смерти. net». Очень многие из нас в этом году оказались, а в будущем, возможно, окажутся в такой ситуации и в таком состоянии. А еще эта книга обнадеживающая очень. Она о том, что после страшного болезненного изменения все равно возможна жизнь в новых условиях, и что авторитаризм можно одолеть, и что сделает это, скорее всего, женщина — существующая уже в каком-то другом мире или даже воссозданная по памяти и мечтам многих людей.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Николай Никулин, «Воспоминания о войне»

Николай Никулин, "Воспоминания о войне"
Правила жизни

Полина Барскова («Живые картины», «Отделение связи»):

"Книга эрмитажника и воина Николая Никулина «Воспоминания о войне» служит мне в этом году особенно важную службу: полная горечи и трезвости, эта книга рассказывает о столкновении человека с историей, о хрупкости ума, знания, об иронии перед оскалом государственных машин. Безукоризненно честный к своему времени и к себе, насмешливый и страстный, Никулин — это именно тот собеседник, который мне нужен сейчас».

Хан Ган, «Человеческие поступки»

Хан Ган, «Человеческие поступки»
Перевод: Ли Сан Юн
Правила жизни

Даша Благова («Южный ветер»):

Когда в 1980 году корейские власти расстреляли сотни протестующих жителей Кванчжу, Хан Ган была ребенком. Повзрослев, она художественно осмыслила эти события и написала пронзительный и скорбный текст о человечности во времена катастрофы. Единственная книга, от которой я испытала тот же ужас, что и от чтения новостей, но вместе с тем ощутила надежду.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Дмитрий Данилов, «Саша, привет!»

Дмитрий Данилов, «Саша, привет!»
Правила жизни

Евгений Водолазкин («Авиатор», «Чагин»):

"Тихий абсурд этого романа отражает то состояние мира, которое мы сейчас наблюдаем».

Роман Сенчин («Русская зима», «Дождь в Париже»):

"Для меня книгой-событием года стал маленький роман Дмитрия Данилова «Саша, привет!». Из страшной сказки, антиутопии он в течение года превратился в настоящий реализм. Поразительная прозорливость автора. В данном случае, правда, радоваться нечему».

София Синицкая («Сияние Жеможаха», «Хроника Горбатого»):

"Среди книг этого года я бы отметила роман Данилова «Саша, привет!» — он созвучен времени этим леденящим душу ожиданием катастрофы, бессмысленной, незаслуженной, но неизбежной казни».

Александра Степанова («Двоедушник», «Не говори маме»):

«Саша, привет!» Дмитрия Данилова — один из тех романов-антиутопий, которые в канве времени прочитываются иначе: не фантастически, а метафорически и еще страшнее, чем могло бы быть в других условиях. Данилов сумел сказать очень многое в малом, и в краткости романа его особая беспощадность — это ощущение короткого ожидания расстрела со всеми удобствами.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Анни Эрно, «Событие»

Анни Эрно, «Событие» 
Перевод: Мария Красовицкая
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Оксана Васякина («Рана», «Степь»):

"Моя книга года — это книга Анни Эрно — крохотный роман о девушке, которая пытается сделать нелегальный аборт во Франции 1960-х. За 2022 год я прочла его около шести раз, потому что преподаю креативное письмо и Эрно, как правило, стоит у меня первой в программе.

В этой книге есть фраза, которую я повторяю про себя почти каждый день: «Все судили по закону, никто не судил закон»».

Станислав Лем, «Глас Господа»

Станислав Лем, «Глас Господа»
Правила жизни

Эдуард Веркин («Остров Сахалин», «Снарк Снарк»):

"В этом году перечитывал классику. Станислав Лем, «Глас Господа». Книга о настоящем одиночестве».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Юрий Лотман, «Беседы о русской культуре: Быт и традиции русского дворянства (XVIII — начало XIX века)»

Юрий Лотман, «Беседы о русской культуре: Быт и традиции русского дворянства (XVIII — начало XIX века)»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Ася Володина («Часть картины», «Протагонист»):

"Душеспасительное чтение, которое объясняет Россию начиная с послепетровской эпохи и заканчивая серединой XIX века. Пока все сейчас кивают на прошлый век, полезно откатиться дальше и вспомнить, что к прошлому веку и привело».

Джеймс Хиллман, «Ужасающая любовь к войне»

Джеймс Хиллман, «Ужасающая любовь к войне»
Правила жизни

Алла Горбунова («Конец света, моя любовь», «Лето»):

"Очень полезная книга для понимания многих вещей».

Мария Аверина, «Очень хотелось солнца»

Мария Аверина, «Очень хотелось солнца»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Анаит Григорян («Поселок на реке Оредеж», «Осьминог»):

"Сборник жестких и пронзительных историй о жизни самых разных людей в постсоветские годы — от физика-ядерщика до деревенской девочки-сироты, о человеческих трагедиях и всепобеждающем свете надежды».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Юн Фоссе, «Когда ангел проходит по сцене»

Юн Фоссе, «Когда ангел проходит по сцене» 
Перевод: Вера Дьяконова, Елена Рачинская, Алла Рыбикова
Правила жизни

Дмитрий Данилов («Человек из Подольска», «Саша, привет!»):

"В пьесах знаменитого современного норвежского драматурга Юна Фоссе почти ничего не происходит, персонажи похожи на молчащие тени, но эти пьесы оказывают настолько сильное эмоциональное воздействие, что хочется выть и биться головой об стену».

Вера Богданова, «Сезон отравленных плодов»

Вера Богданова, «Сезон отравленных плодов»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Рагим Джафаров («Сато», «Его последние дни»):

"Книгой года, несомненно изменившей мою жизнь, стал «Сезон отравленных плодов»».

Анна Козлова («F20», «Рюрик»):

Это удивительный роман о любви, одиночестве и одиночестве в любви. И еще о том, что в жизни мы часто просто не можем ничего изменить. Мы не можем стать свободными, не можем любить того, кого хотим, мы скованы судьбой, той дорогой, которая нам назначена и уготована. Но даже в этих обстоятельствах мы можем быть счастливыми. И, как мне кажется, книга Веры именно об этом.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Вольфрам Айленбергер, «Время магов. Великое десятилетие философии. 1919–1929»

Вольфрам Айленбергер, «Время магов. Великое десятилетие философии. 1919–1929»
Перевод: Нина Федорова
Правила жизни

Павел Пепперштейн («Мифогенная любовь каст», «Эксбиционист»):

"Великолепная книга о четырех мыслителях: Людвиге Витгенштейне, Вальтере Беньямине, Мартине Хайдеггере и Эрнсте Кассирере. Эта книга доставила мне большое наслаждение, хотя я ее так и не дочитал до конца. Но это часть особой практики — не дочитывать до конца понравившиеся книги. Таким образом, этим книгам можно мысленно придумывать разнообразные концовки и развлекаться этим если не бесконечно, то во всяком случае долго».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Ирвин Ялом, «Когда Ницше плакал»

Ирвин Ялом, «Когда Ницше плакал» 
Перевод: М. Будынина
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Валерий Печейкин («Злой мальчик», «Стеклянный человек»):

"Я не хожу к психотерапевту, потому что это дорого и потому что боюсь, что после меня помощь понадобится самому психотерапевту. Я был удивлен, когда узнал, что именно так и выглядит сюжет книги Ирвина Ялома. Спойлерить не буду — читайте».

В. Г. Зебальд, «Естественная история разрушений»

В. Г. Зебальд, «Естественная история разрушений»
Перевод: Нина Федорова
Правила жизни

Алексей Поляринов («Риф», «Ночная смена»):

"Сборник эссе Зебальда о том, как жили и писали люди, оказавшиеся не на той стороне истории».

Андрей Бульбенко, Марта Кайдановская, «Сиди и смотри»

Андрей Бульбенко, Марта Кайдановская, «Сиди и смотри»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Нина Дашевская («День числа Пи», «Поиск звука. Творогов»):

"Всю книгу — три поколения в одной машине; побег, спасение — и при этом кружение на одном месте.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Книгу написали взрослый и подросток; основана на реальных событиях».

Алексей Олейников («Соня из 7 "Буээ", "Горе от ума. Графический путеводитель"):

"Очень яркая и нервная новинка конца 2022 года. История девочки Марты и ее шумной семьи — папа и мама, бабушка, младшая сестра АнтонПалыч (сами поймете) и глуховатый дед, который единственный умеет водить. История бегства от войны, записанная девочкой-подростком на обороте китайской инструкции по сборке то ли кровати, то ли гроба и собранная случайным собеседником Марты — писателем, который встретился с ней в мотеле «Передохни» возле пограничного города Руби-Конь. Чем дальше, тем непонятнее, дороги свиваются и ведут не туда, в небе гремят не то грозы, не то кое-что еще, писатель стоит на балконе и считает машины, фиксируя для самого себя существование всего этого встревоженного, сдернутого с места человечества. А в одной ноевой колонне едут и люди, и львы, и носухи из зоопарка, и загадочные пингвины из рефрижератора с цифрой 200. История, которая еще дымится и которую страшно начинать читать, но не прочесть нельзя».

Олег Дорман, «Подстрочник. Жизнь Лилианны Лунгиной, рассказанная ею в фильме Олега Дормана»

Олег Дорман, «Подстрочник. Жизнь Лилианны Лунгиной, рассказанная ею в фильме Олега Дормана»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Дарья Доцук («Голос», «Я и мое чудо»):

"В этом году я впервые прочитала «Подстрочник. Жизнь Лилианны Лунгиной, рассказанная ею в фильме Олега Дормана» и видела, как многие мои друзья и коллеги тоже читали ее и перечитывали, делились цитатами, ставшими пугающе актуальными. Мы ищем ответы, как теперь жить, как вырваться из цикла одной и той же истории, и «Подстрочник», мне кажется, поддерживает нас на этом пути».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Евгения Некрасова, «Кожа»

Евгения Некрасова, «Кожа»
Правила жизни

Татьяна Замировская («Смерти. net», «Земля случайных чисел»):

"Одна из самых сильных, страшных и глобально значимых книг на русском за последние годы — остранение, магический реализм, говорящие звери, трансконтинентальная мифология и точнейшая горькая правда о человеке как биологическом виде».

Анна Старобинец, «Лисьи броды»

Анна Старобинец, «Лисьи броды»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Дмитрий Захаров («Средняя Эдда», «Комитет охраны мостов»):

"Сложно устроенный аттракцион, вгрызающийся в кишки не то исторической, не то внеисторической родины, где живые и мертвые, проклятые и убитые надевают маски красных магов, зэков и оборотней и идут в призрачный город играть сто спектаклей зараз. По меткому замечанию Александра Гаврилова, здесь солдат лучше замполита, замполит лучше смершевца, смершевец — эмгэбэшника, а эмгэбэшник хуже смерти. Здесь вообще много что (и кто) хуже смерти, и герои в этом непременно убедятся. Читатель же убедится, что сойти с аттракциона — не вариант».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Дмитрий Захаров, «Комитет охраны мостов»

Дмитрий Захаров, «Комитет охраны мостов»
Правила жизни

Шамиль Идиатуллин («Возвращение пионера», «Всё как у людей»):

"По факту это умный и очень актуальный социально-психологический триллер. По сути — роман о Сибири, современной, настоящей и совершенно не похожей на землю исполинов из казенного фольклора. О чести в бесчестных условиях. И о цеховом братстве: несвежем, нетрезвом, во многом попорченном, продавшемся и утратившем смысл в снесенном цеху, но заставляющем героев стать героями и подлинным сердцем Сибири, общества и народа, которое живет и бьется. Насмерть».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Генрих Белль, «Дом без хозяина»

Генрих Белль, «Дом без хозяина»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Юрий Каракур («Фарфор»):

"В этом году много читал книг больничной палаты, помогающих зажмуриться. Но с особенным чувством перечитал «Дом без хозяина» Бёлля: сменилась оптика, и то, что всегда воспринималось как литература руин, стало надеждой на прозрение».

Сью Монк Кидд, «Обретение крыльев»

Перевод: Ирина Иванченко
Правила жизни

Ольга Кромер («Тот город»):

"Исторический роман, беллетризованная история жизни американской суфражистки Сары Гримке. Книга о том, как даже самый маленький человек может изменить мир, если он знает, чего хочет и почему хочет именно этого».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Алексей Юрчак, «Это было навсегда, пока не кончилось. Последнее советское поколение»

Алексей Юрчак, «Это было навсегда, пока не кончилось. Последнее советское поколение»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Катерина Кожевина («Лучшие люди города»):

"Книга о позднем СССР, которая дарит надежду сегодня».

Энн Пэтчетт, «Это история счастливого брака»

Энн Пэтчетт, «Это история счастливого брака»
Правила жизни

Екатерина Манойло («Отец смотрит на запад»):

"Я не знаю, в том ли причина, что у меня самой вышел роман или что год был непростым, но читала я мало и в основном про писательство. Поэтому книгой года назову сборник эссе Энн Пэтчетт «Это история счастливого брака». Любимая история про автограф-сессию, когда редактору местной газеты стало так жаль начинающую писательницу, которая сидела одна за пустым столом, что он подрядил двадцать пять человек из своей команды купить книгу и встать в очередь за автографом. Это очень мило. Как недавняя история про девушку, которая в твиттере пожаловалась, что на презентацию ее книги пришли всего два человека, и получила слова поддержки от Стивена Кинга, Нила Геймана и Маргарет Этвуд!"

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Оксана Тимофеева, «Это не то»

Оксана Тимофеева, «Это не то»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Николай Кононов («Восстание», «Ночь, когда мы исчезли»):

"Тимофеева отважно и даже отчаянно переворачивает то, как мы привыкли воспринимать насилие, секс в его неразрывной связи с любовью, животных. Полевые исследования смерти, в которые Тимофеева проникает как философка (вы найдёте это слово у Тургенева), с Гегелем наперевес, — гипервостребованный жанр нашего времени. Тимофеева наследует Балабанову и Ic3peak и спорит с социологами вроде Анны Соколовой и Сергея Мохова. Живые мертвецы, бледные, но с горячечным румянцем вылезают из фольклора и едут в поездах по Белгородщине, рассекают на кредитных джипах по Москве, такой же dead but pretty, как они. Растворяясь в мире бесконечного потребления услуг и эмоций мы умираем, но не замечаем этого, а Тимофеева замечает».

Даша Благова, «Южный ветер»

Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Ольга Птицева («Выйди из шкафа», «Там, где цветет полынь»):

"Книга о возвращении домой, об ответственности, родстве и боли, которую надо прожить и принять своей частью, иначе она тебя победит. А еще эта книга про подкаст, который записывали пациенты психиатрической больницы. В общем, у меня не было другого выхода — только полюбить ее всем сердцем».

Сергей Беляков, «Парижские мальчики в сталинской Москве»

Сергей Беляков, «Парижские мальчики в сталинской Москве»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Виктор Ремизов («Вечная мерзлота», «Воля вольная»):

"Наверное, книгой года назову «Парижских мальчиков» Сергея Белякова. Мне нравится все, что он пишет».

Роман Сенчин, «Русская зима»

Роман Сенчин, «Русская зима»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Алексей Сальников («Петровы в гриппе и вокруг него», «Оккульттрегер»):

"Для меня главной книгой года оказалась «Русская зима» Романа Сенчина. В ней сочетаются и мужское с женским, и мир с войной, ну и очень честная она, как и все у Романа Валерьевича».

Дон Делилло, «Белый шум»

Дон Делилло, «Белый шум»
Перевод: В. Коган
Правила жизни

Антон Секисов («Реконструкция», «Бог тревоги»):

"В этом году я прочитал особенно много книг про гитлеровскую Германию (судя по топам продаж книжных, не только я) или книг, так или иначе с ней связанных. Исключением не стал и роман, в который я просто влюбился без памяти и прочитал три раза подряд. Это «Белый шум» американского писателя Дона Делилло. Главный герой этой книги — профессор гитлероведения (Hitler studies). Это гипнотический, очень поэтичный и в то же время дико смешной роман, исследующий феномен смерти в современном мире. В России «Белый шум» давно не переиздавали, но его должна актуализировать экранизация Ноа Баумбака, которая выйдет на «Нетфликсе» на новогодних праздниках».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Теодор Адорно, «Minima moralia. Размышления из поврежденной жизни»

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Сэмюэль Беккет, «Тихие трепыхания»

Правила жизни

Артем Серебряков («Чужой язык», «Фистула»):

"Книгой года для меня, пожалуй, стал перевод Minima moralia Теодора Адорно. Замечательный образчик критической философии, написанный человеком, чья родина погрузилась в безумие фашизма. Составленная из разрозненных фрагментов, эта книга призывает продолжать жить, мыслить и надеяться, вопреки нескончаемой катастрофе.

Из художественной литературы хотел бы отметить сборник поздней прозы Сэмюэля Беккета «Тихие трепыхания» — письмо его сложное, интроспективное, но порой и удивительно нежное и хрупкое».

Оксана Васякина, «Степь»

Олег Хлевнюк, «Корпорация самозванцев» 

Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Александр Снегирев («Вера», «Плохая жена хорошего мужа»):

«Степь» Оксаны Васякиной — пронзительная и увлекательная документальная повесть, сотканная из очных и заочных разговорах с живым, а чаще мертвым отцом. Жуть и нежность.

«Корпорация самозванцев» Олега Хлевнюка — историческое исследование академического ученого о коррупции в сталинском СССР вообще и о фальшивой военной части в частности. Построенное на архивных данных авантюрное путешествие в наше трагичное прошлое».

Лев Толстой, «Война и мир»

Лев Толстой, «Война и мир»
Правила жизни

Александр Соболев («Грифоны охраняют лиру», «Тень за правым плечом»):

"Не боюсь показаться банальным (поскольку это уже по ту сторону очевидности), но для меня главная книга этого года — «Война и мир». Только она из известных мне способна если не объяснить очередное коленце, выданное всемирной или отечественной историей, то хотя бы предложить оптический прибор, с помощью которого можно наблюдать за происходящим, — вроде закопченного стеклышка, через которое в старину глядели на затмение».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Михаил Турбин, «Выше ноги от земли»

Михаил Турбин, «Выше ноги от земли»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Марина Степнова («Женщины Лазаря», «Сад»):

"Запомните это имя: мы дождались большого писателя, который наконец любит и жалеет людей. И при этом умеет рассказывать увлекательные истории».

Азар Нафиси, «Читая "Лолиту" в Тегеране»

Азар Нафиси, «Читая «Лолиту» в Тегеране» 
Перевод: Юлия Змеева
Правила жизни

Александр Стесин («Нью-Йоркский обход», «Троя против всех»):

«Читая "Лолиту" в Тегеране» Азар Нафиси — актуальная книга о том, возможно ли (и уместно ли) продолжать заниматься своим делом в условиях, когда все на глазах рушится и меняется навсегда.

Николай Кононов, «Ночь, когда мы исчезли»

Николай Кононов, «Ночь, когда мы исчезли»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Юлия Яковлева («Дети ворона», «Нашествие»):

"Замечательный большой роман, необходимое чтение 2022 года — о людях, потерявших родину, внезапно выдернутых из жизни, которую они должны были бы прожить, а прожили совсем-совсем другую».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Энди Вейер, «Проект "Аве Мария"

Энди Вейер, «Проект «Аве Мария»
Перевод: О. Акопян
Правила жизни

Ислам Ханипаев («Типа я», «Холодные глаза»):

"Совершенно выдающийся роман, который ввиду научного подхода автора тяжело даже назвать фантастическим. Это скорее теория в формате романа о том, как самоотверженность и способность слышать друг друга и действовать сообща способна спасать. В масштабах планет».

Геродот, «История в девяти книгах»

Геродот, «История в девяти книгах»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Елена Элтанг («Картахена», «Радин»):

"Всю осень я читала, вернее слушала, Геродота — «Историю в девяти книгах» в переводе Мищенко, перевод сделан в XIX веке, очень хорош. Честно говоря, я взялась за нее, чтобы избавиться от бессонницы, уж больно приятный и размеренный голос у чтеца, но борьба варваров с эллинами внезапно меня захватила, и я поняла, что в студенчестве упустила в этом тексте самое важное. Обманчивая суть войны, возвышение государства как химера, зыбкость границы между мифом и исторической правдой».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Ярослав Гашек, «Похождения бравого солдата Швейка»

Ярослав Гашек, «Похождения бравого солдата Швейка»
Правила жизни

Карина Шаинян («Западня», «С ключом на шее»):

"Дико смешно. Мертвяще страшно. Обломанный мост над обыденностью абсурда и абсурдной обыденностью».

Кирилл Рябов, «Щель»

Кирилл Рябов, «Щель»
Правила жизни
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Иван Шипнигов («Нефть, метель и другие веселые боги», «Стрим»):

"Рябова я полюбил еще в прежние времена. А сейчас он странным образом успокаивает меня, помогая ответить на постоянный внутренний вопрос. «Мы живем в абсурде?» — «Да, Иван, мы живем в абсурде». О фирменном рябовском абсурде сказано много, но я бы хотел сказать о силе этого писателя. Во время онемения чувств и отупения мысли только мощная проза Кирилла достает до ума и сердца. Иногда с придыханием произносят: «Вещество прозы». Я бы добавил «сильнодействующее». Сильнодействующее вещество прозы Кирилла Рябова».

Загрузка статьи...